Книга Вместе навсегда, страница 92 – Влада Ольховская

Он знал, что так будет, но не подозревал, что так быстро и все сразу. Это настолько потрясло Плутона, что поначалу он даже думал отказаться от своего замысла. Просто уйти, оставить бывших узников Пургаториума одних и вернуться, лишь став сильнее.

Но потом он подошел к окну своего временного дома и посмотрел вниз, на залитые неоновым светом улицы. Сейчас ему подчиняются сильные нелюди… Лучшие, кого породил этот мир! Других таких он не найдет. Пока они на его стороне, он сильнее, чем раньше.

Над небоскребами Мириадов парил пылающий феникс, среди потемневших окон мелькал Кошмар, в тоннеле просматривалось бесформенное тело песочного человека. Они – лишь часть многих, тех, кто обычно не сходится вместе. А он объединил их! Этого хотел Плутон, а вовсе не той примитивной охоты, о которой мечтала Хель, и не того, что нужно Осирису – что бы там ни взбрело в его больную голову.

Поэтому нужно было продолжать. Плутон привык быть лидером, он не готов был вернуться к существованию одного из многих. Когда Хель покинула Мириады, он остался.

Это теперь был его мир, его армия, готовая к решающей атаке. Плутон допускал лишь одну возможную перемену плана: что его первой целью станет кластерный мир, принадлежащий клану Мортем. Его разведчики сообщили, что там держат Вейовиса, наверняка ослабленного, раз ему не доверяют. Нужно убить его сейчас, пока для этого не требуется особых усилий, чтобы никому и в голову больше не пришло предавать его!

Ей не следовало сюда приходить, и Керенса прекрасно знала об этом. Не следовало даже не из-за правил: единственным, кто мог остановить ее или упрекнуть в чем-то, был Иерем, а он сейчас с Огненным королем. Дело было в ней самой, в гармонии, которую она надеялась сохранить в душе. Для этого ей лучше было держаться подальше от мира-тюрьмы, а она все равно пришла.

Она пообещала себе, что ничего не почувствует. Раз уж она позволила себе одну слабость, этот визит, то второй уж точно не будет! Но это, пожалуй, глупая идея: обещать себе, что ты сможешь контролировать то, что чувствуешь. Керенса очередной раз убедилась в этом.

Когда она увидела его там, скованного, израненного, покрытого запекшейся кровью, сердце невольно дрогнуло. Она не сомневалась, что не выдала себе ни единым взглядом, она все-таки была генералом Великого Клана и умела быть сильной. Но она-то знала, что почувствовала! Сейчас Вейовис внешне ничем не отличался от человека, и его пытали. Ее родные и друзья, по ее наводке!

Он пришел к ней, поверил ей. Для этого даже была причина! Если допустить, что все его слова – правда, насколько велико ее преступление? Насколько велика разница между ней и теми, кого она зовет чудовищами?

Охранники возле зала, где держали пленника, смотрели на нее с явным неодобрением, но она не обратила на них внимания. Керенса чувствовала: раз уж она пришла сюда, она не должна отступать.

А вот сам Вейовис отнесся к ее визиту совершенно спокойно. Он наблюдал за ней невозмутимо, без ненависти, и ни в чем не обвинял. Но ведь это ужасно! Керенса и мысли не могла допустить, что он лучше ее, потому что это слишком сильно сдвинуло бы силы добра и зла в этой войне.

— Я знал, что ты придешь, – заметил он. – Но, если честно, надеялся, что произойдет это раньше.