Книга Лучшее из чудовищ, страница 175 – Влада Ольховская

— При дворе тебя не любили.

— Не то слово! Ненавидели даже. Думали, что я как-то околдовала принца, что я рвусь к власти. Да плевать мне на власть! Очень надо! Наоборот, я видела, как сильно это бремя тяготит Торема. Я даже иногда устраивала для нас маленькие побеги, чтобы он хоть немного отдохнул. Правда, когда он стал императором, такая возможность исчезла, но я все равно поддерживала его. Понимаешь, люди сами так сильно ценят власть и деньги, что думают, будто это нужно всем. А мне — нет. Я любила его и наслаждалась этим, в Мертвых землях ничего подобного не было. Я даже не настаивала, чтобы он отказался от своей первой жены, меня все эти брачные законы не волновали. Мне было достаточно, что любит он меня. Это уже Торем хотел, чтобы я была рядом с ним императрицей.

— Но ты убила его жену…

— Да не убивала я ее, — оскалилась Исса. — Понимаешь? Не убивала! Она сама явилась ко мне, стала рыдать, умоляла расколдовать ее мужа. А когда речь о Тореме заходила, мне сложно было оставаться хладнокровной, я тоже вспылила. В какой-то момент она кинулась на меня, а я ее оттолкнула. Только и всего! Откуда я знала, что у нее череп такой хрупкий?! Она об стену расшиблась.

— Понятно… А Торем?

— Он был далеко не рад этому событию. Да я сама сожалела! Я не хотела, чтобы так вышло. Торем пытался поговорить со мной, но я оттолкнула его, мне тогда было сложно. А он уехал из Норита во дворец. Некоторое время я приходила в себя, потом отправилась за ним. Мне объявили, что он хочет меня убить и что я должна возвращаться обратно в Мертвые земли. Я не поверила. Конечно, у меня появились подозрения, что он на многое способен, что я его не так хорошо знаю… Но после всего, что между нами было, принять подобное решение… Я не могла. До последнего момента. А потом я уже в камне оказалась, тут мое право действовать и закончилось.

Она старалась казаться веселой — будто все, что было в прошлом, теперь не более чем воспоминание. У нее получалось неплохо. Но Кирин знал, что это всего лишь игра. Нельзя такое забыть. Простить тоже нельзя.

— Мне ты сказала, что пришла во дворец убить Торема. Почему?

— Потому что, во-первых, откровенничать с его потомком я не собиралась! А во-вторых, такое желание у меня за сто пятьдесят лет появлялось неоднократно. Он же предал меня!

— Ты еще упоминала, что он только свою жену любил…

— А разве не так? — Девушка устало прикрыла глаза рукой. — После ее смерти я и попала в немилость. Разве это ни на что не указывает? Он меня запер там, бросил совсем одну. Сто пятьдесят лет — это очень большой срок. Сомнительный подарок от единственного человека, которого любишь!

— Я и предположить не мог, что ты его любила, — покачал головой Кирин. — Ты всегда говорила о нем с ненавистью. Такое ощущение, что Торем и тот, кого ты любила, — два разных человека.

— А для меня так и было… так и есть. Потому что поверить в это оказалось проще, чем в то, что он столько лгал.

Кирин невольно вспомнил встречу среди сияния — и просьбу.

— Он не лгал. Он тебя очень любил.

— Да ну? То есть, в мире людей это считается подарком — обращать в камень? То-то я, наивное чудовище, ничего не поняла!

— Зря ты так. Он до последнего дня о тебе помнил. Он был не рад, что вы расстались.

— Тогда зачем он?…