Книга Лучшее из чудовищ, страница 92 – Влада Ольховская

Поэтому Нокрем мог позволить себе изображать важность. Пускай считают, что он могущественный колдун, который их одним взглядом испепелить может! А то, что он не знает ни одного разрушительного заклинания, этих вояк не касается.

— Я вас понял, — Нокрем показательно сменил гнев на милость. — Передайте своему правителю, что от меня угрозы нет. Магия — она ведь не связана с властью. Я работаю, чтобы помогать людям, все остальное мне не важно.

Гордость гордостью, а перегибать палку он не собирался.

— Спасибо за понимание, господин Нокрем, — офицер, казалось, облегченно выдохнул. — От имени императора Камита, мы также просим вас не помогать любым мятежникам, замышляющим вред стране.

Вред стране и вред императору Камиту — не одно и то же. Но к чему обострять ситуацию? Нокрем ограничился кивком.

Солдаты поспешили удалиться. С крыльца колдун наблюдал, как они едут через сад и сворачивают на главную дорогу.

Он жил богаче, чем многие колдуны. За помощь крестьяне всегда платили, и эту плату он, в отличие от других, не стеснялся брать. Так Нокрем сменил тесный домик на просторное поместье. Здесь он обустроил и место для исследований, и комнаты для пациентов — он все-таки оставался лекарем! За садом он сам не ухаживал, этим занимались крестьяне из ближайшей деревни. Земля Нокрему была нужна лишь для того, чтобы испытывать, насколько жизнеспособны новые виды растений.

Рисковать всем этим ради чьих-то политических интересов? Нет уж, спасибо! Он работал над созданием зерна при императоре Жене и продолжит работать при императоре Камите. Потому что императоры меняются, а зерно остается. В стране-то ничего не поменялось!

Нокрем собирался вернуться в дом, когда снова увидел пыль на дороге. На зрение старик не жаловался, поэтому смог издалека разглядеть, что к его поместью приближается повозка, запряженная двумя крепкими лошадками. Управлял ими знакомый колдуну крестьянин.

Такие повозки за ним присылали, когда кому-то требовалась срочная помощь.

Нокрем дождался, пока повозка поравняется с ним и обеспокоено спросил:

— Что у вас там?

— Беда, господин Нокрем! Сын Малека совсем плохой!

Колдун не помнил ни Малека, ни его сына, но это дела не меняло.

— Что с ним?

— Да где ж нам понять! Вчера вроде живот болел, мамка его так говорит. Она и дала ему травок отвар, чтобы успокоился.

Ничего нового. Разборчивостью в пище местные жители не отличались, поэтому с расстройством желудка были хорошо знакомы. Чтобы его не отвлекали понапрасну, Нокрем показал им, какие травы следует пить в таких случаях.

— И что, не помогло? — уточнил он.

— Никак, господин Нокрем! Сегодня мальчишка слег и не встает! Мамка его даже разбудить не может! И горячий-горячий! А еще живот у него стал какой-то непонятный…

— Что значит «непонятный»?

— Ну это… большой!

Судя по всему, вздутие, а более подробной информации от крестьянина не добиться. Да и смысл? Скорее всего, мальчишка подобрал в лесу какую-нибудь ядовитую дрянь. Придется ехать и разбираться на месте, а исследования подождут.

Нет, не сожжет его новый император на костре. Без него тут скоро крестьян не останется!

Без лошадей они продвигались медленно, частые остановки отнимали дополнительное время, но Кирин ни о чем не жалел. Спешить все равно некуда, а остановки и вовсе делаются для него.