Книга День, когда умерли драконы, страница 144 – Влада Ольховская

Поведение самого дракона было не таким предсказуемым, но он чаще всего оставался в небе. Поэтому они постоянно держались под кронами деревьев, чтобы укрыться от его взгляда.

Им должно было повезти — единственный раз за все время. Для них это было не просто путешествие, это было прощание. Хотя бы оно могло пройти мирно для всех!

Кирин верил в это, пока не почувствовал укол тревоги. Странным было даже не это, а то, что тревога не зародилась в его душе, а пришла извне. Он словно почувствовал чужие эмоции; раньше такого с ним не случалось. И ведь не было уже клейма, способного передать ему мысли Иссы!

Но клеймо больше не было им нужно. Обернувшись к девушке, Кирин понял, что не ошибся. Исса, до этого уверенно шедшая за ними, замерла на месте. В ее змеиных глазах, обычно спокойных и насмешливых, разгорался ужас, к которому она не привыкла — и который могло вызвать только одно существо.

Словно в подтверждение его догадки, Исса еле слышно прошептала:

— Он приближается!

* * *

Если очень постараться, можно было убедить себя, что жизнь идет своим чередом — так, как он мечтал. Отъезд Таниса способствовал этому.

Половина императорского дворца и весь двор по приказу Камита были очищены от чудовищ. Ящеры оставались за оградой, а те твари, которыми Танис наполнил коридоры, теперь были надежно заперты в дальнем крыле. Это принесло хоть какое-то спокойствие — и новому императору, и его слугам, и тем несчастным пленницам, которых советник обошел своим вниманием. По крайней мере, пока. Никто не знал, что с ними будет дальше.

Камит научил себя не думать об этом. Это было несправедливо по отношению к его подданным и солдатам, верившим ему, а иначе он не мог. Какой смысл сражаться против чудовища, которое заведомо непобедимо? Которое он сам призвал! Если он не мог преодолеть страдания, Камит предпочел отстраниться от них.

Он прогуливался по цветущему саду с женщиной, значившей для него больше, чем вся империя. Повреждения, полученные садом при нападении, были устранены, в воздухе больше не пахло кровью. Ради таких моментов и стоило лишь!

Но так считал только он. Его спутница старалась улыбаться, чтобы он не задавал лишних вопросов, однако ее взгляд все равно оставался печальным.

— Что тебя беспокоит? — не выдержал Камит.

— Все в порядке!

— Не ври мне. Хотя то, что ты врешь, и есть ответ. Ты снова думаешь о нем?

— Не просто думаю, — признала она. — Мне кажется, я его чувствую. Он приближается.

Император лишь гневно хмыкнул, говорить с ней было бесполезно. Сколько бы он ни объяснял ей правду, эта женщина просто отказывалась его слушать! Она словно нарочно снова и снова возвращалась к памяти о тех, кто виновен в этой бойне. Дни без Таниса стали редкостью, так почему бы не насладиться ими?

Но оказалось, что ее предчувствие было верным. Уже к полудню солдаты доложили Камиту, что советник и его свита возвращаются во дворец. В этом не было ничего удивительного, прошло много дней с их отъезда, и все равно император был не рад.

Впрочем, свое недовольство он скрыл. Он встречал караван на балконе, выходящем во двор — там, где совсем недавно приветствовал гостей император Жен.

Это и правда был караван: отряд Таниса, покидавший столицу, был в два раза меньше. Теперь к нему примкнули не только всадники, но и закрытые фургоны. Камит не мог разглядеть, что там находится, но слышал человеческие голоса.