Книга День, когда умерли драконы, страница 91 – Влада Ольховская

Она могла злиться на него — но вместо этого смотрела с удивлением. Значит, хотя бы через ее эмоции ему пробиться удалось. Кирину было все равно, он не устраивал для нее игру, ему просто надоело молчать. Он говорил ей то, что давно уже копилось в душе — бессонными ночами, в дни путешествия по Мертвым землям. Это не было связано только с Иссой, просто она оставалась единственным человеком, которому он готов был рассказать правду.

— Кирин…

— Подожди, это еще не все! Мы ведь обсуждаем, как я, избалованный дворцовой жизнью, не смогу понять тебя. А я действительно был избалован, я не скрываю это. Меня, в общем-то, никто не спрашивал, хочу я так жить, не хочу. Мне выбора не давали: я мог делать только то, что позволено, и другой жизни не знал. Поэтому мне пришлось начинать все с начала! Тебе, конечно, легко посмеиваться над этим: принц, который не умеет ни драться, ни охотиться, ни приказы отдавать. Шут на ярмарке, смех для толпы. Я бы тоже с радостью присоединился к этому веселью, если бы мне не пришлось изучать все, чему моих братьев учили годами, за считанные дни. Это только звучит забавно, иногда во время наших тренировок я жалел, что мне горло не перерезали во дворце!

Они поменялись ролями так быстро, что оба не успели сообразить, как это вообще произошло. Теперь уже Исса была смущена и растеряна, она не решалась отойти от него. А он не мог остановиться, потому что знал, что вряд ли позволит себе эту откровенность второй раз. Такие порывы недостойны императора, но один раз можно.

— Кирин, послушай, я не во всем была права… Но я никогда не смотрела на это так…

— О нет, ты во всем была права, — прервал ее Кирин. — Чего меня жалеть-то? В этом мире осталось так мало жалости, многие достойны ее гораздо больше, чем я. Даже если я зашел в тупик и понятия не имею, как быть дальше. Я надеялся, что теперь главным наследником станет Сальтар, а я всего лишь помогу вернуть ему трон. Но нет, его спасти нельзя, он вынужден будет остаться здесь, чтобы выжить. Я не потерял брата в ту ночь — и все равно потерял его. Чудовище, которое остается моим единственным преимуществом перед Танисом, в глубокой печали, из которой оно не собирается вылезать. В этом тоже каким-то образом виноват я, просто потому что я унаследовал кровь людей, которых даже не знал. Что еще? Ах да, женщина, которую я люблю, говорит и думает только о моем мертвом прадеде, и я понятия не имею, как вообще на это реагировать, но принимать на себя его грехи я точно не буду. Мне память о нем доставляет достаточно проблем, чтобы еще и за поступки его ответственность нести. Вот теперь — все!

Это и правда было все: то, что он давно уже хотел сказать, но ему казалось, что принцу, наследнику престола, следует лучше сдерживать эмоции. Теперь ему было плевать на традиции. Он не собирался шокировать Иссу ради самого результата, и все равно она была удивлена.

Так она раньше на него не смотрела, это без сомнении. Казалось, что он ее только что ударил — он, человек, которого она считала безобиднее младенца. Теперь ей требовалось время, чтобы прийти в себя.

Кирин не торопил ее, ему и самому нужно было отдышаться, сообразить, что он только что наговорил. Кое-что было откровенно лишним, и все же оговариваться и извиняться он не собирался. Он обещал отдать ей свою жизнь в обмен на помощь, но она пока не сильно помогала ему.