Книга Человек на дороге, страница 131 – Влада Ольховская

— Может, и мы, хоть и не напрямую, — заметил Кирин. — Мы ведь не знаем, чем заняты Раким и остальные.

— И то верно. Если они прищемили ему хвост, я готова извиниться перед этим старым магом даже за то, что я ему еще не сделала, а просто хотела! Но сначала нужно дождаться возвращения Реоса, это многое для нас определит.

Она вела себя так, будто ничего особенного не происходило. Такая привычка водилась за Иссой уже давно, но сейчас она особенно раздражала. На кону ведь жизнь его матери!

— Реоса здесь нет, и мы не знаем, когда он вернется.

— Думаю, скоро, — отозвалась девушка. — Ты же видел, как он носится!

— Его что-то может задержать, а времени у нас почти не осталось! Послезавтра на рассвете Камит казнит мою мать!

— Не казнит.

— Почему ты так уверена в этом?

— Вспомни то, что я говорила раньше, — посоветовала Исса. — Императрица — ценное оружие для него. С ее помощью он проверяет, вернулся ты в страну или нет. Если он тебя не заметит и не почувствует, он просто вернет ее обратно в темницу. Он не станет ее смертью запугивать подданных, нужды такой нет — народ и так не в себе после нападений чудовищ.

Она рассуждала верно, вот только… вероятность того, что Танис решит проявить жестокость, все равно оставалась. Ненависть не подчиняется здравому смыслу. И Кирин не знал, сможет ли простить себя, если даст матери умереть сейчас, когда он достаточно силен, чтобы все изменить.

Она всегда была ближе к нему, чем к его старшим братьям. Императрица, окруженная почитанием, все равно оставалась женщиной. Она стояла над своими подданными, но никто не сравнивал ее с мужчинами семьи Реи. Будущему правителю, Конилу, и генералу имперской армии, Сальтару, не полагалось сближаться с ней, потому что это могли принять за мягкость и зависимость. С Кирином была другая история — от третьего принца никто ничего не ожидал.

Хотя нельзя сказать, что из-за этого он дни напролет проводил с матерью. Ему было проще подойти к ней, поговорить, только и всего. Другое дело, что Кирин не видел тем для таких разговоров. Его мать всегда была тихой, молчаливой, держалась сама по себе — вела себя как настоящая аристократка. Лишь теперь он мог сказать, что так и не узнал ее. А тогда ему и в голову не приходило, что ее нужно узнавать.

Пожалуй, ему следовало догадаться, что он выжила — он должен был. Это не так уж странно. Императрица не сражалась и не пыталась убежать. Он бы тоже не пытался, если бы ему не помогли! За ней никто не пришел, она попала в руки нового императора, и Кирин боялся даже предположить, как с ней обращались все это время.

— Нам нужно хотя бы быть там, — сказал он.

— Где? — смутилась Исса.

— На месте ее казни. Что если ты не права? Что если Танис решит довести дело до конца?

— Не решит.

— Ну а вдруг? Что мы будем делать тогда?

— Кирин, ты ей так не поможешь, — укоризненно посмотрела на него Исса. — Если ты потащишься туда, будет только хуже. Один ты ничего не исправишь, ты еще не готов встретиться с Танисом. Армии у тебя тоже нет. Если он сумеет тебя почувствовать, для императрицы все будет кончено, не будет причин оставлять ее в живых. Если же тебя там не будет, он прибережет эту ловушку до лучших времен. Поэтому сиди здесь и жди Реоса. Ты сейчас в первую очередь принц и надежда этой страны, а потом уже чей-то сын.