Книга Человек на дороге, страница 159 – Влада Ольховская

Лорд Ирмеон, аристократ из Норита, создавший магические артефакты для армии Кирина, остановился рядом с ним и тоже посмотрел вперед, на далекий зеленый горизонт.

— Она послала вас, не так ли? — равнодушно поинтересовался Эймер. — Мар Кассандра?

— Она попросила меня поговорить с тобой.

— Почему же она решила, что человек поймет мага лучше, чем другой маг?

— Потому что мы с тобой похожи, — пояснил лорд Ирмеон. — Не магией, а тем, что в этой войне мы потеряли все.

Эймер только покачал головой. Почему эта колдунья решила, что одна боль сделает другую легче? Почему это вообще должно иметь значение?

Лорд Ирмеон заметил его реакцию, но оскорблен не был. Он продолжил:

— Я понимаю, чего ты хочешь. Умереть.

— Не без этого.

— Я не буду просить тебя отказаться от своего замысла. Я попрошу тебя подождать. Помоги нам выиграть эту войну, подари свою силу законному императору. А когда в империю вернется мир и ты станешь не нужен, уничтожь себя, потому что в свете общей радости никто этого даже не заметит.

Не такое Эймер ожидал услышать, и теперь не знал, как реагировать. Старик говорил обо всем этом спокойно, не похоже, что он пытался играть эмоциями собеседника. Мар Кассандра на такое точно не была способна, она-то жизнь ценила!

— Надеетесь, что после войны я приду в себя и снова научусь жить? — предположил Эймер.

— Вовсе нет. Я говорю тебе то, что собираюсь сделать сам.

— Что?…

— Я собираюсь убить себя, когда война закончится, — все так же невозмутимо пояснил лорд Ирмеон. — Я не делаю это сейчас лишь потому, что хочу уберечь других людей от того, что пришлось пройти мне. Ты думаешь, только ты потерял кого-то? Нет, не так… Думаешь, что только ты потерял все? Таких много. Загнанных, одиноких и озлобленных, потерявших всякую надежду. Они живут по всей провинции и часто делают то, о чем думаешь ты — убивают себя. Мы отличаемся от них лишь тем, что знаем правду: принц Кирин жив и возвращение к мирному прошлому возможно.

— После всего, что уже произошло, я не знаю, достойны ли эти земли мира…

— А это уже не нам с тобой решать, не тем, кто поддался боли и потерял связь с жизнью. Моя жена умерла несколько лет назад. От болезни, такова воля природы, и я знал об этом, но смириться мне было сложно. Уже тогда я думал о том, почему боги несправедливы. И все равно я повторял себе, что моя жена жила долго, успела быть счастливой и оставить после себя прекрасную дочь. С тех пор Илиза стала воплощением всего лучшего, что я сделал за свою жизнь. Будущее я оставлял ей, мне не страшно было умирать, зная, что она останется и продолжит мой род. Но не сложилось. Должен был умереть я, а умерла она.

Маг уже догадывался, к чему все идет. Он слышал о том, что Камит приказал собрать в столице наследниц самых богатых и влиятельных родов. Тогда все были уверены, что они — почетные гостьи, которым ничего не угрожает.

А потом до Эймера дошли слухи, что те девушки умирают одна за другой. После того, как маг увидел в подземном городе Сейдена, он наконец понял, для каких «темных ритуалов» они были нужны.

— Мою дочь не просто убили, — голос лорда Ирмеона стал ледяным, неживым почти. — Перед смертью она прошла через то, чего даже худшие из преступников не заслуживают. А она была невинна! За свою жизнь Илиза не обидела ни одного живого существа, и когда я пытался понять, за что ей такое страдание, я не мог найти ответа. Конечно, после того, как я не уберег ее, я не имел права жить дальше. Я, ее отец, подвел ее, не справился со своим священным долгом. Когда мне привезли ее тело, я сразу понял, что скоро умру, что я должен сделать это. Но знаешь, что? Я сам предложил союзникам принца Кирина свою помощь, и именно потому, что принял решение о смерти.