Книга Человек на дороге, страница 167 – Влада Ольховская

Которое, впрочем, недолго было светлым. Яд быстро высыхал на мече, вниз он не стекал и, казалось, впитывался в металл, хотя Отрео прекрасно понимал, что это невозможно. Когда она закончила, оружие было покрыто сеткой из черных полос, и только тогда Исса вернула ему меч.

— Держи, — сказала она. — Советую тебе найти новый меч и в бою использовать его, а этот приберечь на случай, если ты доберешься до дворца Камита живым.

— Что ты сделала? — насторожился Отрео.

— Увеличила твои шансы пережить встречу с драконом. Видишь ли, это среди людей ты великий воин. Для дракона ты — мусор под ногами. Твоя сила — ничто, и даже если тебе хватит мастерства рубануть противника мечом, это будет просто царапина, которая долго не продержится. А вот если на мече будет яд ламии, дракона ждет неприятный сюрприз. Любого другого соперника, кстати, тоже, но я бы тебе советовала приберечь его для дракона. А, забыла сказать: если ты сам порежешься этим мечом, то умрешь мгновенно. У меня все.

— Не все. Ты так и не ответила мне, жив ли Кирин… Не верю, что ты не беспокоишься о нем.

Исса бросила на него недовольный взгляд и снова отвернулась к окну. Но молчать она на этот раз не стала.

— Правильно не веришь. Я точно знаю, что Кирин жив, я чувствую его, как никого другого. Так что да, Танис его не убил. Но есть вещи похуже смерти.

— Я слышал о том, что Танис сделал с принцем Сальтаром… он может сотворить такое же с Кирином?

— Он, скорее всего, попытается. Но я сделала все, чтобы Кирин смог сопротивляться этому. И если он все-таки не справится, не продержится до нашего прибытия… Что ж, тогда в своей гибели он будет виноват сам.

Отрео был рад, что не задал этот вопрос при всех, на их собрании. Вряд ли Иссе насколько плевать на принца, как она пытается изобразить, но смысл ее ответа все равно не меняется. Это не то знание, с которым полагалось идти в последний бой…

Среди всех пробуждений, что доводилось переживать Кирину, это, пожалуй, уверенно могло войти в число худших. И даже не потому, что его тело болело, как избитое, и он чувствовал, что прикован цепями к стене. Он просто с первого момента помнил, как попал в такое положение.

Родная мать предала его. По доброй воле, сама! Не потому что Танис заставил ее — хотя идея определенно исходила от него. Но если Сальтар когда-то напал, потому что на него действовало заклинание, то Кронна приняла решение самостоятельно. Он-то был уверен, что она ради своих детей жизнью пожертвовать готова… Хотя своей, может, и готова была. Она предала его не ради себя, а ради одного из ублюдков Таниса!

А ведь он, Кирин, готов был рискнуть ради нее всем. Он поступил так, как полагалось сыну, а не императору, он подвел всех, кто верил ему! Но он и предположить не мог, что его мать способна на такое…

Хотя следовало бы догадаться, конечно. Подсказки были.

Когда Сальтар был в плену, Танис использовал любую возможность, чтобы поиздеваться над пленным принцем, причинить ему как можно больше боли. А что могло доставить большие страдания, чем пытки и смерть собственной матери? Но нет, Танис не пошел на это, и определенно не из милосердия. Просто Кронна была на его стороне с самого начала!

Поэтому он не казнил ее так, как казнил императора и старшего принца. Поэтому не заколдовал, как второго принца. Исса была права: если бы он не сунулся в эту ловушку, Кронне ничего бы не было! А он попался… И что будет дальше — Кирин боялся даже предположить.