Книга Человек на дороге, страница 65 – Влада Ольховская

— Ты знаешь, что она сказала мне? — спросил Эймер.

— Я не подслушивала ваш разговор, если ты об этом. Но да, я знаю, что она могла сказать. Мы с ней на одной стороне, не забывай. Как я могу не знать те идеи, за которые сражаюсь?

Идеи… Один из его наставников когда-то сказал ему, что маг, у которого есть цель, способен подняться даже над теми, кто превосходит его уровнем таланта. С началом войны Эймер сосредоточился на спасении других колдунов и думал, что этого будет достаточно. Ведь и правда, что может быть благородней?

Лишь теперь он понял, что такое настоящая цель, внутренняя убежденность в том, что он нашел свою дорогу.

— Ну так что, ты позволишь мне поговорить с жителями города? — поинтересовалась Нара.

— Нет.

— Все равно нет? Ладно, дело твое…

— Я сам с ними поговорю, — прервал ее Эймер. — Теперь я точно знаю, что сказать им.

Знал он и другое: Клоя не одобрит его решение. Но отступать он не собирался и лишь надеялся, что рано или поздно она поймет его.

* * *

Исса была права, конечно же, но от нее он другого и не ожидал. Кирин понятия не имел, как управлять своей новой силой. Эта энергия вспыхивала в нем внезапно, он даже контролировал ее лишь отчасти. Пока все получалось, но что будет дальше? Ему нужно было вернуться к тренировкам, и срочно.

Но пока для этого не было времени. У них ушло несколько часов на то, чтобы рассказать Отрео всю правду, до единой детали. Проходить через все это снова, пусть даже только в воспоминаниях, оказалось больнее, чем ожидал Кирин, но иначе было нельзя. Только правдой они могли добиться поддержки со стороны правителя Тола.

Они ни разу не сказали, что убьют его, если он не присоединится к ним, однако Отрео и сам это понимал. Он был слишком умен, чтобы не понять.

Его больше не нужно было держать, когда он понял, что перед ним наследный принц империи, он перестал сопротивляться. Все то время, что они говорили, он сидел на полу, привалившись спиной к стене. Исса так и осталась на кровати, она почти не участвовала в разговоре, предоставив Кирину право выбора — что говорить, о чем умолчать.

Кирин же ходил по комнате, стараясь найти правильные слова. Их не было. Поэтому он плюнул на желание переманить Отрео на свою сторону, хотя бы для того, чтобы сохранить правителю жизнь, и говорил как есть.

Когда он наконец закончил, в комнате повисло тяжелое молчание. Время пролетело незаметно, и лишь рассвет за окном показывал, как долго они были заперты здесь. Отрео казался бесконечно усталым, и Кирин понимал, почему. Принять истину, очищенную от удобной лжи и призрачных надежд, нелегко.

— Так значит, ты дракон? — тихо спросил Отрео.

— Отчасти, — признал Кирин. — Мне и самому тяжело поверить в это, даже сейчас… Мой род принял решение слиться с людьми. Я бы никогда не узнал правду, если бы не Камит.

— Ловко ты подвел к тому, что во всех бедах виноват его дядя, — хмыкнула Исса.

— Я не это хотел сказать!

— А сказал это.

— Так ведь это правда, — вмешался правитель Тола. — Он виноват… Во всем или нет — не знаю, но во многом.

— Ты знаешь, почему он это сделал?

Ответ на этот вопрос был бесконечно важен для Кирина всегда, с первого дня войны, еще до того, как он узнал о существовании Таниса. Тем более что теперь, побывав в Мертвых землях, он знал, что движет Танисом. Кирин не собирался прощать его или сочувствовать ему, однако от нового понимания стало легче.