Книга Золотое сияние Холинсу, страница 86 – Влада Ольховская

Но даже эти короткие мгновения показались Риве вечностью. Находясь там, она не могла не думать о том, как близко сейчас Юста… Она давно, с того самого беспощадного дня, убеждала себя, что никакой сестры у нее больше нет. Юста погибла вместе с родителями, а рабыня сеншена просто присвоила ее имя. Они не связаны, все кончено! Но придумать обман легко, а вот поддаться ему, зная правду, куда сложнее. Каждый раз, когда она видела Юсту, сердце болезненно сжималось, вспоминая те дни, когда они были счастливы, когда верили друг другу. Теперь же Юста сама напомнила о себе… Значит, и она не перестала думать о Риве.

Это ничего не должно изменить. Им только и нужно, что выбраться из города, и тогда все будет по-настоящему кончено, сюда они больше не вернутся, а Юста ни за что не покинет Триинсте.

Их быстрое продвижение вперед было и удачей, и проблемой. Хорошо, что они не попались никому на глаза. Но чем ближе они оказывались к улицам сообщества людей, тем ближе были пещеры.

Когда Дженвен спрашивал ее об этом, она изо всех сил старалась изобразить уверенность. Кажется, у нее даже получилось… На самом деле Рива и сама не знала, удастся ли им выбраться живыми. Но им нужно было рискнуть, через горы уйти точно не получится – Тувенег наверняка просчитал такой вариант. А пещеры… Даже если он учел их, что он сделает? Никто не согласится их охранять!

На улицах людей было непривычно шумно. Похоже, от таруа и холини Тувенег получил отказ в своем преследовании. Поэтому он старался отыграться на тех, кто был ему подчинен. Ее отец никогда так не поступал! Впрочем, даже сравнение этих двоих казалось Риве оскорбительным.

Она закуталась в плащ, который подарили ей таруа, и старалась ни с кем не встречаться взглядом. Дженвен, напротив, не таился, он шагал уверенно, так, будто сопровождал куда-то служанку. Они не привлекали к себе внимание на улицах, у них должно было получиться!

И у них почти получилось. Они спустились ниже, остались незамеченными возле хижин и, почти добравшись до озера, свернули в сторону, к горам. Здесь было прохладней, чем обычно, словно сам город напоминал им, какое опасное сейчас время. Однако Рива находила в этом определенное преимущество: никто уже давно не попадался на их пути. Она видела вход в пещеры, оставалось совсем чуть-чуть…

— А я ведь сразу тебя узнала! Ты можешь заматывать морду сколько угодно, я теперь тебя по движению, по дыханию узнаю!

Риве показалось, что ее ударили камнем, настолько неожиданным был этот голос, прозвучавший у нее за спиной. Голос, который она не могла не узнать! Пожалуй, даже если бы за ней пришел лично Тувенег, ей не было бы так плохо.

Она надеялась, что ошиблась, до последнего, но – нет. Когда она обернулась, она действительно увидела Хасму. Ту самую женщину, из-за которой ее жизнь превратилась в кошмар! Правда, и Хасме от нее досталось: лицо этой старухи опухло и покраснело так сильно, что стало почти неузнаваемым, а на месте носа осталось бесформенное черно-фиолетовое нечто. Похоже, травма, нанесенная Ривой в порыве отчаяния, заживала плохо, Хасме следовало бы остаться в своей хижине и позволить покою исцелить себя.

Но по ее взгляду было видно, что месть оказалась ей дороже покоя. Да, Тувенег многих обязал искать беглянку, это чувствовалось. Однако Хасма определенно хотела этого. Она прекрасно понимала, что ее лицо уже никогда не будет прежним, и винила в этом Риву – позволяя себе забыть о том, с чего началась их ссора.