Книга Территория Левиафана, страница 100 – Влада Ольховская

— А этот преемник… он знает, что ждет меров в будущем?

— Он должен знать. Еще несколько лет они работают вместе. Но когда прежний лидер замечает, что изменения его внешности постепенно становятся очевидными, он надевает доспехи и никогда больше не снимает их, полностью передавая власть своему преемнику.

Вот и цена всей байки про почет! Колонистам годами внушали, что получить доспехи – это очень почетно для мера. Такими воинами нужно восхищаться, их нужно уважать. Но никому и в голову не приходило полюбопытствовать, а что же скрывается под маской.

Оуден понимал, почему меры так поступили. Он бы и сам вряд ли согласился, если бы знал всю правду! Даже ради детей Беттали… Он бы, скорее, попытался украсть для них лекарство, а потом понес бы наказание. Отработал бы долг в техническом отделе, да хоть на казнь бы согласился, лишь бы не превратиться в… это.

Но случилось то, что случилось. Ноэль предупредила его, что обратной дороги нет, а теперь вот Феррис это подтвердил. Рано или поздно Оуден станет монстром… Или не станет. Потому что оставался один весьма действенный способ хотя бы частично сохранить человеческий облик: смерть.

Пока думать об этом было рано, Оудена интересовало кое-что другое.

— Почему ты говоришь мне об этом? Я все еще новичок. Только потому, что я спросил?

— Нет. Потому что именно ты спросил именно у меня. Я кое-что должен тебе, Оуден.

— Когда я начал этот разговор несколько дней назад, ты готов был меня ящерам скормить.

— У меня было время все обдумать, и я понял, что мой долг перед тобой достаточно важен, чтобы сделать исключение.

— Какой еще долг?

Оуден и так прекрасно знал, что нет никакого долга. Очередная подстава! Потому что даже если бы Феррис хотел сделать исключение, он уже не лидер, а Седар бы такого не допустил. Ему просто было любопытно, как старший мер выкрутится на этот раз.

Однако Феррис остался спокоен:

— Я очень хорошо знал твою мать. И я причинил ей зло… Тебе разве не хотелось знать, почему она так сильно ненавидела меров? Обычно в колонии к нам относятся иначе. Но я стал мером именно из-за нее – а потом отомстил ей за это.

Вот теперь Феррис действительно застал его врасплох. Оудену и в голову не пришло бы приплести к этому свою мать! Да, она относилась к мерам не так, как другие. Ну и что? Имела право!

Ему почему-то казалось, что разумного объяснения такому поведению матери нет, да и не нужно оно. Теперь все изменилось.

— При чем тут вообще моя мать?

— При том, что я любил ее, – ответил Феррис, и голос его звучал так спокойно, будто не было в мире факта очевиднее. – Любил настолько, что хотел обладать ею. Должен был! Я не был согласен на роль любовника. Я должен был стать ее мужем, а она стала бы моей женой.

— Но она решила иначе?

— Это очевидно, если учитывать, в кого я превратился. Она предпочла другого. Она согласилась выйти за него замуж.

— Моя мать никогда не была замужем! – возразил Оуден. Неприятное предчувствие уже появилось и лишь нарастало.

— Не была. Потому что я не позволил ей. Я не мог повлиять на ее выбор – но мог лишить этого выбора. Я принял роль мера только ради того, чтобы убить твоего отца. Я знал, что мера, пусть даже совсем молодого, не накажут за такое, а саму историю замнут. Я торжествовал!