Книга Безмолвные призраки Хионы, страница 139 – Влада Ольховская

Вот это все меняло для Римильды. Она не собиралась ни удивляться, ни возмущаться, ни задавать уточняющие вопросы. Одна короткая фраза хлестнула ее, как удар плетью, заставила сорваться с места и бежать вперед.

Потому что она всегда оставалась в первую очередь хилером. Да, у Римильды были собственные интересы, подработки и дополнительные задания. Однако своим вторым номером в иерархии она по праву гордилась, если она брала ответственность за какую-то команду, о смерти там полагалось забыть. Под ее опекой никто никогда не умирал! И уж точно не тот, кто только что спас ей жизнь.

Теперь многое в их разговоре воспринималось иначе: его тихий голос, частое дыхание… Римильде казалось, что, раз уж он сумел подключиться к здешнему компьютеру, ничего страшного не случится. Он же сам компьютер, что ему будет? Вот только компьютером он был лишь наполовину, на вторую – человеком, а человеческое тело смертно.

Она снова ворвалась в метель и холод, от волнения поскользнулась, упала в снег и тут же поднялась, не думая о том, что ладони изодраны в кровь о заледеневший камень. В голове все еще звенело на все лады это короткое и безнадежное «он мертв». Если он действительно мертв, Римильда ничего не сможет сделать, только принять это. Тут можно быть хоть номером 1, хоть номером 2, хоть номером 100, без разницы. Смерть неизлечима – это всем хилерам еще на первом курсе академии говорят. А уж чего ты хочешь, что чувствуешь, что о себе думаешь – природе плевать. Твоя задача – или не допустить смерть, или признать поражение.

Поэтому она и надеялась до последнего, что Киган ошибся. Что он вообще понимает, этот дурацкий электрокинетик? В ее команде никто никогда не умрет!

Но, едва войдя в зал центрального компьютера, Римильда поняла, почему Киган сказал ей такое. Все и правда выглядело страшно.

Стерлинг Витте ничком лежал на полу возле центрального компьютера. От его шеи к машине тянулись два обугленных провода, волосы на затылке выглядели обожженными, возле лица уже натекла заметная лужа крови – похоже, изо рта и носа, лопнули сосуды. Разглядеть дыхание было невозможно, вероятнее всего, пульс не прощупывался. Из-за этого киборг действительно казался мертвым – и остальные поверили в это. Рале и Киган выглядели подавленными, капитан оставалась равнодушной, но иначе и быть не могло. Никто из них не касался киборга, словно не решаясь этим прикосновением подтвердить последнюю неисправимую правду о нем.

А вот для Римильды все было иначе. Хилер чувствовала все: неестественно медленные удары сердца, насыщение органов кислородом, замедление всех жизненных функций. Значит, еще не поздно!..

— Он жив, – первым делом объявила она. – Сработали предохранители, которые погрузили его в нечто вроде искусственной комы. Это предусмотрено в случаях, когда киборг может навредить сам себе.

— Чтоб наш Стерлинг – да сам себе навредил? – поразился Рале. – Как это возможно?

— Ну, тут уже я вижу, что случилось, – указал Киган. – Похоже, не выдержал соединительный чип. Технологии в колонии отличные, но только с поправкой на здешние условия. Они все равно плохо сочетаются с теми хрупкими схемами, которые используются в киборгах.

— Витте знал об этом? – спросила Лукия. – Знал, что может пострадать?

— Конечно, знал! Его система должна была десять раз предупредить о том, что он сгорит.