Книга Ферония дарует, страница 51 – Влада Ольховская

— Я не инструмент, вообще-то! – возмутился Эуфронио.

— А если и инструмент, то бесполезный, – рассудил Виндар. – Но у нас есть компьютер для анализа тканей с базой данных, переданной специальным корпусом, этого для начала будет достаточно. Нам нужно осмотреть всю ферму, понять, в одинаковом состоянии разные виды животных или нет, а потом прикинуть, как все это было сделано.

Прозвучало достаточно просто, Лавиния позволила себе кивнуть и даже улыбнуться. Она хотела казаться такой же уверенной, как Виндар, а для этого пришлось сдержать вопрос, который не давал ей покоя.

Жаль, что изгнать этот вопрос из собственных мыслей оказалось не так легко. Именно его Лавиния обдумывала, когда они вернулись в машину и продолжили путь к ферме, темневшей на горизонте.

Если такое проделали с животными, могли ли подобное оружие использовать против людей – или легионеров?

* * *

И вот ради этого он отказался от женщины, которая его любила? Ради этого убил собственного ребенка? Ради того, чтобы остаться там же, где и был?

Эти мысли возвращались к Гидденису Планте снова и снова, кружили в нем, будто шершни, застрявшие в черепной коробке, жалили его, причиняли боль. Он отгонял их усилием воли, каждый раз надеясь, что это навсегда, но никакое «навсегда» не наступало. Слишком уж хорошо Гидденис понимал, какую чудовищную цену он заплатил – ни за что!

Он ведь не хотел убивать Диану. Он не любил ее… наверно, не любил. Но он и сам не заметил, как она стала важна для него. И когда встал вопрос о ее устранении, Гидденис считал, что все закончится по-другому. Она родит ребенка, посвятит себя материнству и добровольно откажется от первого номера. Они останутся парой, Гидденис сможет контролировать ее – мягко, через любовь! И Легион даже согласился с его планом сначала, а потом изменил свое решение.

Пожалуй, они были правы. Гидденис в глубине души и сам знал, что Диана никогда не будет кроткой и ведомой, ею невозможно управлять. Можно разве что шантажировать, но это слишком опасно. Он до последнего надеялся, что удастся ее уговорить, вразумить, переманить на свою сторону… И все же там, на Адране, Гидденис был готов к ее смерти.

Только одна награда искупала гибель такого прекрасного и сильного создания: роль лидера Легиона. Гидденис не сомневался, что первый номер будет за ним, без вариантов, даже эта проклятая бомба замедленного действия по имени Габриэль Триан ни на что не претендовала… А потом научный отдел переиграл его. Так изящно переиграл, что Гидденис даже восхитился бы этими яйцеголовыми, если бы не боль, не отпускавшая его ни днем, ни ночью.

Диана снилась ему. Редко, но снилась, и он просыпался после таких кошмаров в холодном поту, ослабленный, беспомощный – и сожалеющий. Гидденис подозревал, что теперь ее призрак обретет над ним новую власть, ведь жертва была напрасной.

Поэтому Гидденис и вызвался сопровождать мальчишку на миссии. Ему нужно было понять, что в этом Рафале особенного, почему он был назначен лидером. Диану, кажется, тоже когда-то сразу поставили на первое место…

Но в Диане чувствовалась сила, с первой встречи, с первого взгляда. Она была царицей, перед которой инстинктивно преклонялись даже те, кто не знал ее. Ну а Рафаль Стром казался мальчиком-отличником, которого учителя наградили золотой звездочкой за то, что он выполнял все домашние задания и вовремя сдавал провинившихся одноклассников.