Книга Благословенны ночи Нергала, страница 167 – Влада Ольховская

— Ну, если тебе от этого станет веселее, ему такое преобразование тоже не в кайф, это все равно что день за днем держать мышцы предельно напряженными.

— Странно, что он вообще пошел на нечто столь сложное…

— Телепаточка его велела, вот и согласился, – хмыкнула Римильда.

Лукия с этим была не согласна, но замечание делать не стала, проигнорировав их бессмысленную болтовню. Она понимала, почему Триан пошел на такой шаг. Вести о покушении на Даг-Мескалама, которые передали Генералу разведчики, не были ложью. Вполне возможно, за этой идеей тоже стоял Отмар Стеури, которому не терпелось приблизить кровавую развязку. Если о таком узнал Эрнстин, то Альда и подавно перехватила бы нужные мысли. Возможно, она действительно упросила Триана занять место наследника, а может, легионер принял такое решение сам. Результат от этого не изменился: юношу удалось сберечь, покушение провалилось.

— Что, нравится зрелище? – усмехнулся Триан, заметив обращенные на него взгляды. – Мне тоже объявить, что я Брерис? Все мы тут немного Брерис, если задуматься. Кто у нас остался, снайпер, Глашатай и советник? Не так уж много. Думаю, пора заканчивать.

* * *

Рале ожидал, что почувствует нечто особенное, когда все решится. Тот самый триумф мести, за которым все так гонятся… Разве это было бы не логично?

Но вот почти все, кто виновен в смерти команды, погибли, а ему было все равно. Ощущение, что это не вернет Маркуса, стало особенно острым. Рале чувствовал себя бесконечно уставшим, как будто опустошенным изнутри. Необходимость казнить оставшихся убийц воспринималась уже не как дань погибшим, а как подарок ныне живущим. Если Отмар Стеури останется на Нергале, не будет не только мира, но и сотрудничества с космическим флотом, колонии вновь погрузятся в безысходность устоявшегося существования… И получится, что Маркус умер ни за что. Такой исход Рале принять не мог.

Однако для снайпера, приговоренного к смерти, будущее колонии ничего не значило – если его самого в этом будущем не было. Молодой мужчина подался назад, растерянно глядя на своих спутников.

— Да вы что… Это не я… Я ничего не сделал!

— Ты сделал достаточно, – неожиданно вмешалась девушка, которая совсем недавно была готова пожертвовать собой ради мира в колониях. – Из-за тебя я оказалась в плену, ты предал и бросил меня! И весь отряд сборщиков, которых мы должны были защищать… Ты не представляешь, как они погибли!

— Речь вообще не о тебе! – огрызнулся Алессио. – Ты из нашей колонии, нас должен судить Генерал! За такое не убивают, и я…

Договорить он не успел – звук просто оборвался, словно в горле застрял. Да и понятно, почему. Из левой глазницы снайпера теперь торчал нож легионера, вошедший в нее по самую рукоять. Правый глаз так и остался изумленно распахнутым – даже после того, как уже мертвое тело повалилось на землю.

— И еще минус один, – со скучающим видом заметил Триан. – Осталось двое.

Отмар Стеури рыдать и умолять о пощаде не собирался. Это его брат выглядел потерянным, не знающим, что делать: Иван прекрасно понимал, как велико преступление родственника, но и позабыть о семейных узах не мог. Отмар же, озлобившийся, давно привыкший к боли, и сейчас оставался уверен в себе. Он не пытался убежать, знал, что не получится. Когда стало ясно, что его казнь неизбежна, он сделал несколько шагов вперед – и сбросил на землю свободный плащ, показывая, что подготовился ко всему.