Книга Благословенны ночи Нергала, страница 181 – Влада Ольховская

Здесь ее и нашел Триан.

Она сидела на небольшой скамейке, укрытой под естественным каменным навесом, образованным скалой. Колонисты определенно знали толк в прекрасном: отсюда удобно было наблюдать, как разноцветные всполохи неоновых огней чертят на Нергале ночную карту, совсем не похожую на дневную.

— Что случилось? – коротко спросил легионер, устраиваясь рядом с ней.

Кому-то другому Альда и не ответила бы… Но кто-то другой и не догадался бы спросить. Внешне телепатка казалась расслабленной и миролюбивой, только Триан мог почувствовать, что ей неспокойно.

— Я думаю о том, как воспитывали Глашатаев, – признала она. – Обо всем, что с ними сделали…

Легионер не был впечатлен.

— Типичная ломка авторитарной секты. Продуманная, надо сказать: ломающая морально, но позволяющая выполнять возложенные функции. То, что все это разработал профессиональный психотерапевт, многое объясняет.

— Это понятно, меня другое смущает… Налуд-Шахан занимался этим годами – и теперь он возглавляет колонию! Я его проверила, дядька вроде адекватный, но… как он мог творить такое?

— Потому что кто-то обязан это творить. Наставник должен быть всегда, отказался бы он – поставили бы кого-то другого. Сохраняя за собой эту должность, Налуд-Шахан не мог ничего изменить глобально. За одну попытку ему оторвали бы что-нибудь значительное – например, голову.

— Он мог бы просто не иметь к этому отношения! – указала Альда. – Он же не верит по-настоящему в Брерис…

— И это его преимущество. На своей должности он мог давать ученикам хотя бы минимальные послабления. А кому-то он сумел помочь очень серьезно, как Саргону, например. Если бы он гордо убежал в закат, умываясь слезами, и на его место пришел бы убежденный фанатик, стало бы только хуже. А теперь скажи мне: тебя действительно настолько сильно опечалило именно это?

Ей следовало догадаться, что обмануть его молчанием или переходом на другие темы не получится, Триан был слишком проницателен для этого. Пришлось признаться:

— Нет, не только это… Я думаю о том, что легионеров готовят точно так же, как Глашатаев. И мне это чертовски не нравится.

Триан, до этого наблюдавший за сияющими джунглями, повернулся к ней. Альда знала, что он способен скрыть свои эмоции в любой ситуации – а сейчас и скрывать не хотел.

— Мелкая, ты нарушила запрет и вкусила местных грибов? Или позабыла значение слов «точно так же»? Иного объяснения я не вижу.

— Ну, может, не один-в-один… Но разница меньше, чем хотелось бы! Я видела некоторые твои воспоминания… Вас тоже мучают!

Ту огромную часть памяти, которую она невольно скопировала на Нергале, Альда не трогала. Она давно могла бы все просмотреть, Триан даже не узнал бы о таком. Но она не хотела, это было делом принципа. Она прекрасно знала, что многим тяжело строить отношения с телепатами как раз из-за этого: никогда не знаешь, влезут ли в твои мысли, украдут ли тайны… Альда прочертила для себя определенные границы и не собиралась переступать их без острой необходимости.

Однако были и другие воспоминания – полученные ею раньше, обрывочные, ничего толком не объясняющие, но на многое намекающие. Она знала, что легионеров тоже проводили через испытание болью, видела, как Триана, еще совсем юного, заставили пустить пулю себе в висок на глазах у наблюдателей из Легиона. Разве это не было таким же варварством, как традиции культа?