Книга Контроль над Эребом, страница 140 – Влада Ольховская

Поэтому Эреб нужно было оставить себе. Для этого на планету прибыла команда захвата. Собранные в ней ученые попросту заменили инженеров, работавших на станции – и только хилера среди предателей не нашлось. Поэтому смерть Юберты сделали приманкой, а Кейн взял это задание намеренно, ему были поручены финальные испытания мутантов, выведенных на планете.

— И что же это были за испытания? – спросил Эдмар, прекрасно зная ответ. Ему просто было любопытно, в какой форме инструктор этот ответ даст.

Кейн смущаться или прятать правду за многословием не собирался:

— Ваша смерть. Нам было интересно, как вы справитесь с одним мутантом, как быстро полная стая убьет вас шестерых. После этого мне полагалось изолировать мутантов и подать сигнал тревоги. Инженеры подтвердили бы любую мою версию.

— Но там, наверху, узнали бы, что они не те, за кого себя выдают!

— Не узнали бы, – усмехнулся Кейн. – У настоящих инженеров семьи не осталось, документы мы уже подделали.

Эдмар все пытался представить, кто способен стоять за таким, – и не мог, слишком далеко расползалась эта паутина. Хотя не следовало и предполагать, что кто-то менее влиятельный бросил бы вызов специальному корпусу.

— В чем была финальная цель?

— Временно прекратить эксплуатацию базы. Провести полную проверку того, что произошло.

— А проверкой занимались бы нужные люди, которые все это время готовили бы на Эребе новых мутантов, – догадался Эдмар. – Но это все равно не продлилось бы вечно.

— Но и количество кадетов, которых удалось похитить и превратить… вот в это, не так уж велико. Поэтому года нам бы хватило, а после этого, возможно, нашлись бы другие пути удержать Эреб.

— Ясно… Так почему ты передумал? Почему пощадил нас?

— Так и хочется сказать: «Потому что привязался к вам, детишки!», но насколько правдоподобно это будет звучать?

— Не слишком.

— Соображаешь, – кивнул Кейн. – От паранойи я не страдаю, но и от переизбытка доверия тоже. Для нашего нанимателя я навсегда останусь легионером, а значит – чужим. Что, если однажды новых мутантов решат испытать на мне? Не то будущее, к которому я стремлюсь.

— А твои собственные силы не так уж велики, поэтому ты выбрал меня, Третьего и Четвертого, у нас большой потенциал…

— Верно, и потому что вы готовы продаться – называй вещи своими именами. Ту кучерявую девочку я бы тоже не отказался получить, она была хороша. Пожалуй, даже сильнее тебя.

— Но она не продавалась, – криво усмехнулся Эдмар.

— Верно, она была дурой. Именно поэтому она мертва, а ты жив – и будешь жить еще долго и счастливо. Конец истории.

Кейн и правда относился ко всему спокойно, он заключил сделку и был ею доволен. Он получил двойную выгоду: выполнил поручение нанимателя, скормив мутантам трех несостоявшихся легионеров, и обрел ценных союзников. Чего ему переживать?

Эдмар тоже хотел бы отнестись к этому спокойно, да не мог. Он прекрасно понимал, что Эви во всем виновата сама. Он до последнего ее не бросал, намекал ей, что нужно одуматься. А что сделала она? При мысли о том, что она действительно легла в постель с покрытым струпьями калекой, подавлять рвотный рефлекс было все сложнее. Эдмар раньше не догадывался, что она способна на нечто столь омерзительное.

И вместе с тем он скучал по ней – и сожалел. Такой вот парадокс. Эдмару не хватало ее смеха днем и ее страсти ночью. Однако он признавал, что, если бы все пришлось переиграть, он все равно запер бы ее в том зале без лишних сомнений. Потому что Кейну нужно было кого-то скормить мутантам. Инструктор не говорил об этом открыто, однако и так было ясно, что терпение его нанимателей не безгранично. Ему не позволили бы оставить при себе всех кадетов, кем-то пришлось бы пожертвовать. А раз все сложилось так, Эдмар предпочел бы остаться в живых при любом раскладе – даже отдав за это Эви. Не такая уж страшная жертва: при всех своих достоинствах, она все равно никогда не принадлежала бы ему по-настоящему, а значит, была бесполезна.