Книга Близкая Земля, страница 108 – Влада Ольховская

Лавиния снова вспомнила полные ужаса глаза Рафаля в миг, когда он только-только вырвался из когтей ночного кошмара. Не было это похоже на каприз… Ей пришлось использовать аргумент, который она откладывала до последнего:

— Господин Фетъе, он считает… Он считает, что слышит Голос.

Некоторое время ученый разглядывал ее молча – как экзотическое животное, которое внезапно научилось говорить. Это бесило, но Лавиния сдерживалась. Фетъе все еще играл в Легионе очень важную роль, злить его не хотелось.

Она прекрасно знала, что такое Голос. Не все легионеры были знакомы с этим явлением, но тем, кто посильнее, доводилось его испытывать. В Легионе считали, что это своеобразные «боли роста», кризис, с которым можно столкнуться только в подростковом возрасте, когда усваивается мутаген.

Вот Лавиния и столкнулась. Врачи Легиона сутки не могли погасить ее истерику, а потом с ней еще месяц работали телепат и психолог. Это помогло, она пришла в себя, а Голос больше не возвращался. Но контакт с этой омерзительной тварью она запомнила на всю жизнь… Да и остальные тоже: среди легионеров тема Голоса считалась запретной, о нем не говорили и даже не думали лишний раз, чтобы ненароком не выпустить из самых темных углов собственной памяти.

Она понимала, что Рафаль слишком взрослый для общения с Голосом. Но не забывала она и о том, что нынешний номер 1 – результат эксперимента, возможно, для него все по-другому…

Она ожидала, что Фетъе рассмеется, но он остался серьезен.

— Нет. Если бы это действительно был Голос, Рафаль не смог бы полноценно работать, ты знаешь об этом. Просто его стресс оказался серьезней, чем я предполагал.

— Так может, это повод прервать миссию?

— Наоборот: это повод давить до конца, только так Рафаль станет сильнее. Продолжай наблюдение.

— Но…

— Достаточно, Лавиния, – прервал ее Фетъе. – Тебя послали туда, чтобы ты помогала, а не разрушила ему карьеру.

— Что? Чем это я ему карьеру рушу?

— В Легионе далеко не все довольны тем, что номером 1 стал Рафаль, а не Гидденис Планта. Теперь за моим проектом пристально наблюдают, ему простят даже меньше, чем остальным. Миссия на Марсе предельно важна. Рафаль должен с ней справиться. Сделай так, чтобы у него все получилось.

На этом Фетъе решил, что сказал достаточно, и просто отключил связь. Козлина старый… Лавиния едва удержалась от того, чтобы швырнуть портативный компьютер в стену. Как будто это реально совет – «сделай так»! Как именно?

Хотя в чем-то он прав: если Рафаль не справится, он вряд ли удержится на посту лидера. А это не устраивало уже Лавинию, она не отказалась от своего плана использовать Первого. Да она в этом плане укрепилась! Рафаль ведь действительно нравился ей, он оказался куда лучше, чем она ожидала… Она не чувствовала той любви, в которой так уверенно клялась ему, и все же Лавиния не хотела терять этого мужчину.

Поэтому она заставила себя поверить, что беспокоится он зря, никакой угрозы нет – а миссия должна быть продолжена.

* * *

Обратный отсчет на бомбе включился сам собой.

Такого не ожидал никто – даже сенатор Вестин Моран, который только что угрожал активировать взрывное устройство. Он-то явно блефовал, причем блефовал плохо. Да, он прикрутил себя цепями к бомбе, но Виндар чувствовал: истинного ужаса Вестин не испытывал. Похоже, сенатор ни на миг не допускал, что бомба действительно может взорваться.