Книга Смерть на Марсе, страница 141 – Влада Ольховская

Оно напоминало Альде болезнь. Вирус ведь не задумывается над тем, что он делает и для чего… И порой он убивает целые планеты.

Она знала, что основа существа близко. Это не было разумом, но там плоть становилась наиболее массивной, оттуда, скорее всего, начался рост. И там же догорали, постепенно растворяясь, последние воспоминания.

В какой-то момент Альда даже надеялась, что существо намеренно хранит эти воспоминания. Да, легионеры внутри него мертвы, но, может, их память сумеет очеловечить этого уродца, создаст новые уязвимости?..

Не сбылось, конечно. Оно хранило воспоминания лишь потому, что хотело просмотреть их все. А потом перемолоть, оставляя себе те, которые были полезны. Мечты же оно просто давило, как давило чужую плоть.

Альда прекрасно знала, что они сейчас очень далеко от поверхности. Получается, они приближались к сердцу Марса, и телепатку не покидало ощущение, что сражаться они приготовились с целой планетой.

* * *

Он отвлекся, когда в кабинет пришла Тимандра. Она не стучала, она этого никогда не делает. Она понимает: если он не хочет с ней говорить, дверь заблокирована. Если нет – можно войти и вести себя как обычно.

А остальные не войдут, Валентин Вернон прекрасно знал, какой ужас он внушает людям. Как не знать, если он над своей репутацией много лет работал?

Тимандра была единственным исключением из того, что он сделал правилом. Даже другие хилеры из его свиты побаивались его, но не она. Иногда она наглела, и это раздражало, но Вернон терпел. В его жизни остался один человек, который говорит ему правду без страха или заискивающего стремления к награде. Это много для него значило.

Она еще в начале их сотрудничества сказала ему, чтобы даже не пытался лезть ей в голову. Если она обнаружит следы телепатического влияния, она его не убьет – она сделает так, чтобы смерть для него мечтой стала! Тогда это действительно было правдой. За годы их знакомства Вернон придумал не меньше десятка способов подчинить ее так, что она ничего бы не заподозрила. Он просто не хотел этого делать.

Занятным финалом их истории стала бы прекрасная взаимная любовь – он иногда обдумывал это, но больше как анекдот, причем пошловатый в своей простоте. Никакой любви никогда не было – ни с одной из сторон. Иногда они спали вместе, но исключительно ради процесса, при постоянных путешествиях сквозь космос не так много вариантов. В целом же их отношения оформились в дружбу, которую Вернон ценил.

Поэтому Тимандре было дозволено приходить в кабинет телепата номер 1 без стука, переключать свет с точечного на имитирующий дневной, наполнять воздух ароматом кофе, который она принесла с собой. Обычно она заваривала только себе, заявляя ему, что секретаршей она просто притворяется – и лишь до определенного предела. На этот раз принесла две чашки.

— С каких пор ты размениваешься на доброту? – удивился он, но чашку с кофе принял.

— Я понимаю, что ты волнуешься. Иногда в поддержке нуждаешься даже ты.

Это было неожиданно.

— С чего ты взяла, что я волнуюсь?

Тимандра бросила на него насмешливый взгляд, улыбнулась, но отвечать не стала. Вместо этого хилер сменила тему:

— Тебя ведь и близко не подпустили к совету космического флота?

— Естественно. Меня заставили срочно перебраться на эту станцию.