Книга Шидонай-Сирота. Часть 2. Вечный Фантом, страница 110 – Влада Ольховская

— Я попросилась в команду с вами, – сообщила Бенни. – Правда, подтверждения пока нет, но с чего бы им запрещать такое? У вас же нет своего телекинетика!

— С того, что тебя может перехватить Стефан.

— Зачем я ему?

— Из вредности.

Сейчас в космическом флоте было принято восхищаться легионером номер 1 – среди тех, кто вообще знал про существование Легиона. Но Иарлайт к этой рукоплещущей толпе присоединяться не собирался, он считал, что Стефан Северин как был паскудой, так и остался. Может, даже сделался хуже, получив почти неограниченную власть.

Бенни же стала относиться к нему лучше – и не сейчас, а после миссии на Феронии. Это радости не добавляло, однако такое Иарлайт предпочитал не обсуждать.

— Нет, не в этот раз, – покачала головой телекинетик. – Он знает, когда нужно остановиться. А сейчас у него и вовсе не будет собственного корабля, он полетит на «Варге».

— Серьезно? На кой он там?

— Ты думаешь, он передо мной отчитывается? Я знаю только, что там будет предельно маленькая команда, ровно столько, сколько необходимо. Киборг номер 1 как пилот, Стефан, телепатка, которая все это и затеяла, да еще, зачем-то, киборг с «Северной короны». Вроде бы, добровольцем пошел. Все остальные будут лететь в сопровождении.

Никто не объяснял, почему выбрали именно такой экипаж, это понятно. Но догадаться ведь несложно! Мало кто верил, что эксперимент действительно удастся. Основной миссией негласно считалось уничтожение существа, а не спасение кого-то там. И Иарлайт не мог избавиться от ощущения, что в решающий момент все, кого только что назвала Бенни, будут убиты установленными им бомбами.

* * *

На Феронии не было принято жаловаться на погоду, потому что погода здесь всегда была отличной – то ли поздняя весна, то ли ранее лето по стандартам Земли. Никаких сухих листьев, яркие тона, цветы и плоды соседствуют на деревьях. Солнце доброе, оно греет, не обжигая. Тут есть все для счастья, и если в таких условиях у тебя не получается быть счастливым – это повод задуматься о себе, а не о мире.

— Неужели ты размышляешь о ранней пенсии, мелкая? – насмешливо поинтересовался Триан. – Никогда бы не подумал.

— Во-первых, нет, – отозвалась Альда. – Во-вторых, кто бы нас туда отпустил?

— Тогда почему мы с тобой каждый раз бродим по какому-то саду?

— Потому что спокойных мест среди твоих воспоминаний не так уж много.

Тут она не преувеличивала. Не то чтобы Альда просмотрела всю его память – для этого не было ни времени, ни желания. Но она намеренно искала места покоя, красоты, умиротворения… Вариантов набиралось не так уж много: либо детство, в котором она чувствовала себя странно, либо редкие дни отдыха, либо Ферония. Нельзя сказать, что Триан не чувствовал счастья в других местах, просто места эти сами по себе были не слишком привлекательны.

Львиную долю его воспоминаний занимали битвы, взрывы, крики умирающих… То, что Триан и сам предпочел бы не помнить, а забывать не имел права, потому что это было частью его работы.

Ферония же не подводила никогда. Прошлое, смешанное с фантазией, было лишено монстров, выпрыгивающих из кустов, полуразложившихся трупов, рек крови и предательства. Здесь можно было делать то, о чем многие мечтают: останавливать мгновение.

— Мы могли бы остаться снаружи, – заметил Триан.