Книга Карантин, страница 103 – Влада Ольховская

Разговор все-таки был, и это обнадеживало. Не важно, что сказала ему Геката – важно, что она сказала! Раз может говорить, жива, логика нехитрая.

По крайней мере, за веру в это Марк держался до последнего. А потом из кабинета вышел Лендар, куда более мрачный, чем прежде.

— Я связался с представителями Совета. Это правление Черного Города. Я передал им вашу просьбу.

— Что они ответили? – поторопил Марк.

— Они были не рады вашей любознательности. С этого момента вам запрещено обсуждать Великую Жрицу с кем бы то ни было и пытаться с ней связаться.

— Что?.. Нет! Почему?

— Вы в своем уме, Вергер? – укоризненно посмотрел на него Лендар. – Ладно вы границ не видите, но не все же такие! Я не буду спрашивать о причинах. Если приказ отдают, я его выполняю.

— И что, вам кажется нормальным, что Великая Жрица исчезла?

— Великая Жрица будет всегда. А уж кто это будет… и так рано или поздно узнаем. Идите к себе, отдохните. Ночью будет ядовитый дождь, покидать здания запрещено. Когда он закончится, мы вернемся к отлову мутантов.

Отдыхать Марк не собирался, не смог бы просто, однако и дальнейший разговор потерял смысл. Он действительно направился к себе, пытаясь понять, что произошло.

Геката упоминала, что каждое Воплощение – это роль, которую всегда будет кто-то играть. Меняются актеры, но не роль. И все же Марк мысли не допускал, что ее могут заменить на кого-то… Да, Воплощения тоже смертны, и Геката рисковала погибнуть в любой опасной битве. Но чтобы ее просто ликвидировали, как отслужившую свое вещь? Лендар, похоже, верит, что такое могло произойти, если причина была. Однако Марк абсолютно точно знал: причины не было.

Ему нужно было знать правду… И в другое время он бы сорвался, поехал к стенам Черного Города, ждал бы там, пока она не вернется – или пока ему хоть кто-то не ответит. А сейчас никто не выпустит его за пределы карантинной зоны. К нему еще и присматриваться внимательней начнут после всех расспросов! Однако и работать, как раньше, он уже не мог. Нельзя уйти и нельзя остаться. От этого веяло безысходностью…

А безысходность Марк не любил и отказывался принимать. Он устроился у окна, наблюдая, как на мир обрушивается ядовитый дождь. В прошлом вода с неба означала лишь жизнь, теперь возможны варианты. Лендар не сказал, какая именно разновидность им досталась. Судя по отблеску в облаках, слабая кислота, такая заживо не растворит, но ожоги на коже оставить может. Оно, пожалуй, и к лучшему: избавит их от пары-тройки сбежавших мутантов.

Марк размышлял об этом, когда за окном мелькнул светлый силуэт. Снаружи было темно, да еще и дождь завис в пространстве белесой стеной. И все же Марк не собирался списывать все на простое «показалось». Он прильнул к окну, всматриваясь в сырой ночной мрак.

Точно, кто-то есть! И знакомый кто-то… Бежит быстро, зная, что в такую погоду дежурных не будет, да и камеры работают отвратительно. Тоннели охраняются, поверхность – нет, ведь никто добровольно не сунется под кислоту!

Никто, кроме того, кому плевать на свое тело – потому что это не его тело.

Нет, не может быть. Они проверили всех беженцев, ни у кого больше не было протезов! Или продавец игрушек теперь подчиняет всех подряд? Но тогда его невозможно победить…

Марк знал, что не успеет перехватить человека, вышедшего под дождь. Соваться в кислотную взвесь он не собирался, а по тоннелям путь длиннее. Он толком не разглядел, кто именно это был, однако догадка появилась. Неприятная такая догадка, тревожащая… Но проверить ее надо.