Книга Семь Ветров, страница 65 – Влада Ольховская

Самой серьезной была смерть Леони – хотя бы потому, что Леони не должна была умереть. Да еще и так глупо, когда у Нико были все шансы ее защитить! Ей потом сказали, чтобы она не думала о таком, что Леони все равно никто бы не спас. И Нико согласилась, просто чтобы ее оставили в покое. Но уж в своих мыслях она могла оставаться честной: ей пока что далеко до истинного прощения самой себя.

Смерть, произошедшая в квартале кормильцев, тоже задела ее, однако по другой причине. Здесь жертва была не так важна, Нико ее даже не знала. Однако метод убийства… В том, как это сделали, чувствовалась неуловимая, потусторонняя красота, превращавшая акт лишения жизни в чудовищное произведение искусства.

Они нашли Хан Сон-Ра среди пышных белых цветов… Тогда они еще не знали, как ее зовут, имя прошептала потом Корнелия Кларк. Сначала же они увидели безымянную женщину, молодую, но не совсем юную девушку, лет сорока, наверно. Определить наверняка было сложно, мешала кровь, пролившаяся из носа и рта. Но это было знаком внутренних, а не внешних повреждений. Сначала Нико даже показалось, что женщина просто застыла в воздухе, решила, что ей хочется умереть, и умерла. Длинное белое платье, которое она выбрала для своего последнего дня, лишь усиливало эту иллюзию. Но потом, конечно, натренированный разум начал выделять детали, не поддался шоку, и Нико разобралась, как именно подвесили женщину.

Для этого использовали одного из садовых дронов. Небольшой робот напоминал, как и многие тут, насекомое с маленьким телом и очень длинными металлическими ногами. Обычно его использовали для рыхления земли и разделения слишком плотно переплетающихся стволов в подвесном саду. Теперь же он стал орудием убийства: двумя манипуляторами он закрепился на стене, в нескольких метрах над полом, а ногами пробил женщину насквозь.

Когда они нашли ее, она была безнадежно мертва. Судя по шоку Кларков, ничего подобного они тут не ожидали, и вряд ли они имели к этому отношение. Нет, возможно, это просто гениальная актерская игра, но в таком Нико сильно сомневалась. Она уловила все: перемены пульса, расширившиеся зрачки, подступающую истерику… Работа подсознания, которому врать сложнее. Не похоже, что это они устроили такую кровавую демонстрацию для гостей.

Но кто-то же все-таки устроил! Да еще подставив кормильцев. Нико не собиралась разбираться с этим сама, она сообщила Иовину Бардасу, он взял на себя переговоры с местными. Однако прежде, чем до сада добрались воины, она заметила небольшую записку, которую покойница до последнего сжимала в руке. Нико дождалась момента, когда Кларки отправились встречать охрану, и аккуратно достала записку из окоченевших пальцев.

Эзра не стал упрекать ее за это и возмущенно доказывать, что она не имеет на такое права. Он просто прикрыл ее широкой спиной, позволяя изучить последнее послание погибшей женщины. Пятна крови кое-где размыли текст, но большая часть слов осталась понятной.

«Я хочу, чтобы вы знали: я приняла все свои решения сама. Я следую традициям моего народа, потому что мне не оставили другого выбора. Если мне нанесли оскорбление, я имею право на месть – и я отомщу. Но и нарушение закона не дозволено никому, это не меньший позор. Мое решение просто: я убью ту, кто меня оскорбил, и сама себе назначу наказание.