Книга Реки Вавилона, страница 150 – Влада Ольховская

Получается, ее не зря исключили из команды. Они были правы во всем: именно она стала слабым звеном, она подвела их. Полина ведь не собиралась отступать и отказываться от охоты, она все еще вела это дело, просто отдельно от остальных. Она собиралась сказать об этом Сергею при встрече, а в итоге стала жертвой прямо у него на глазах.

Ее схватили за руки, потащили к фургону, а она не то что сопротивляться – пискнуть не успела. А ведь она была полицейской! Ее учили, как вести себя в такой ситуации, сначала в академии, потом – на курсах. Ей полагалось вырваться, обезвредить этих двоих и вызвать подкрепление. Но она болталась у них в руках безвольной куклой, пока ей не прижали к лицу мокрую тряпку. Полина потеряла сознание, а очнулась уже в темной комнате без окон; единственным источником света здесь была тусклая лампочка в плафоне под потолком.

Ее не связали, не раздели, не избили, только забрали мобильный телефон. Хотя зачем им это? Понятно, что ее будут держать здесь до последнего ритуала, шантажируя ею остальных. Интересно, сработает ли это? Вряд ли. Скорее всего, Андра просто отмахнется и продолжит делать то, что делала.

Однако пока Полину не трогали, оставили в покое, предоставив ей достаточно времени на самокопание и обиду. Она металась по маленькой комнатке в поисках выхода, но, конечно же, ничего не находила. Единственная дверь была надежно заперта, из мебели ей оставили только кровать с голым матрасом, на которой она очнулась, и ведро с крышкой предсказуемого назначения. Все, здесь даже не было решетки вентиляции, которую она могла бы использовать!

Злость, гнавшая ее вперед, сменилась страхом, Полина почувствовала себя одинокой и несчастной. Она просто расплакалась от бессилия, но и это никого не привело в ее камеру. Прошла целая вечность, прежде чем замок в двери наконец щелкнул.

Полина, до этого обессиленно лежавшая на матрасе, поднялась и села, свесив ноги с кровати. Она наблюдала, как в ее камеру вошел Олег Каргаев собственной персоной. Он принес с собой стул, поставил его в центре камеры и закрыл дверь, оставшись с Полиной наедине.

Он пришел один, если его и сопровождали охранники, то они остались в коридоре. Полине очень хотелось воспользоваться этим, броситься на него, задушить, выцарапать ему глаза – сделать что угодно, лишь бы не чувствовать себя такой беспомощной и бесполезной.

Она сдержалась. Она слишком хорошо помнила, что он сделал с Мириадом Серафимом.

Олег выглядел абсолютно спокойным, ей даже показалось, что он смотрит на нее с сочувствием. Но расслабляться и уж тем более верить ему Полина не спешила.

— Ты знаешь, зачем тебя забрали? – поинтересовался Олег.

— Чтобы шантажировать моих друзей.

— Вовсе нет. Мы не отсылали им никаких требований, они продолжают искать меня и остальных служителей великих богов. Они, конечно, знают, что тебя похитили, потому что медиум видел это. Но для них это ничего не значит.

Он мог врать – и, скорее всего, врал. Но Полина все равно почувствовала укол горечи.

— Хорошо, но если я здесь не из-за шантажа, то зачем тогда?

— Ты, конечно, не поверишь мне сразу, но я человек, не склонный к насилию, и мои боги – это боги мира.

— Боги, убившие две тысячи человек, пекутся о мире? Я и не сомневалась, – зло фыркнула Полина.