Книга И гаснет свет, страница 129 – Влада Ольховская

Она хотела сказать Клементине об этом – или хотя бы о чем-то похожем. Смысл оказался слишком грандиозным и упрямо отказывался умещаться в слова.

Ну а потом им обеим стало не до того, потому что со стороны двора послышался вой сирен – пока еще далекий, но стремительно приближающийся.

Оля никогда не отличала по звуку пожарные сирены от полицейских и медицинских. Но все они не сулили ничего хорошего, поэтому обе девушки, не сговариваясь, бросились к окну.

И увидели полицию… все-таки полицию. Оля хорошо помнила, что даже после гибели Дерека полицейские приехали без сирен, они как будто и не спешили. Но теперь они гнали на полной скорости, и это вызывало вполне справедливые опасения.

Оле даже не хотелось знать, что заставило их так торопиться. Однако она понимала, что избежать этого знания все равно не получится. Справляться со всем самостоятельно она не собиралась и набрала номер Энлэя. Ответа не последовало. Паника подступила к горлу горячей горькой волной, но Оле удалось подавить ее. Пока удалось… Она позвонила Джоне, однако его телефон и вовсе оказался отключен. Это пугало, создавая ощущение, что они с Клементиной вдруг остались в клинике совершенно одни. И полиция едет за ними – не чтобы арестовать – чтобы помочь, но уже поздно, слишком поздно…

Она попыталась набрать номер Энлэя снова, лишь бы не поддаваться панике. Ответа снова не последовало, однако за дверью раздалась знакомая мелодия. Поддавшись порыву, Оля бросилась туда, распахнула дверь – и действительно обнаружила Энлэя, спешившего к ее комнате. Она не знала, как отреагировала бы, если бы Клементины рядом не было, что бы позволила себе… Это не так уж важно: то, что Энлэй все-таки оказался рядом, затмевало все остальное.

— Что случилось? – спросила Оля. – Почему тут опять полиция?

— Бери выше – тут агенты ФБР!

— Чего? Серьезно?

— Слышал, пока бежал сюда, – пояснил Энлэй. – Всех подробностей я не знаю, но намечается что-то… большое.

Тут он определенно угадал. Прибывшие полицейские собрали в одном зале персонал и тех пациентов, которые могли передвигаться самостоятельно. Ко всем остальным была приставлена охрана.

Агенты ФБР, насчет которых Энлэй все-таки не ошибся, тем временем направились на подземный паркинг. До того, как перейти в зал, Оля успела разглядеть в окно, как кого-то вывозят оттуда на медицинских каталках. Она не видела кого. Но она заметила, что Джоны в зале нет. Дурное предчувствие вспыхнуло почти сразу…

Но если она спасалась от своего страха тихо, просто прижимаясь к Энлэю, то Александр Фразье рвал и метал. Он, окруженный армией телохранителей и юристов, пророчил полицейским незавидное будущее:

— Вы хоть понимаете, с кем связались? И какой вред уже нанесли? Вы захватываете больницу, как наркопритон какой-то!

— Никто больницу не захватывает, – с неожиданным спокойствием ответил ему стоявший рядом полицейский. – Это еще ничтожная часть того, что обычно делается при накрытии международной преступной сети.

— Что?.. Какой еще преступной сети?!

Тогда ему не ответили – тогда было еще рано. Штурм подземного этажа оказался коротким и эффективным: Антон Алексеев не ожидал вмешательства ФБР. Он сразу признал за собой вину в похищении Джоны и Наташи, да еще их избиении. Однако он снова и снова повторял, что вызвано это личной неприязнью, а не какими-то профессиональными вопросами. Якобы эти двое пытались саботировать клинику, его любимое детище, а смириться с таким он не мог. Все показания, которые они дадут, конечно же, не имеют реальной ценности, потому что направлены в первую очередь на месть.