Книга Море играет со смертью, страница 84 – Влада Ольховская

И это оказалось куда хуже, чем утонуть на глубине. Капитан допустил ошибку, предпочтя держаться поближе к берегу. Но какой теперь смысл винить мертвецов?

Видно, расчет был простой: даже если бы «Сонай» перевернулся, пассажиры получали возможность самостоятельно добраться до берега, у них имелись спасательные жилеты, не дававшие утонуть среди буйных волн. Это шанс!

Точнее, это стало бы шансом, если бы обстоятельства сложились по-другому. Но катер угодил на территорию камней, теперь он был похож на насекомое, нанизавшееся на шипы – раз и навсегда. «Сонай» разбился, многих пассажиров сразу же утянули на дно волны – тех, кто не успел или не сумел надеть жилет.

Те, у кого жилеты были, тоже долго не продержались, и неизвестно, чья участь оказалась печальней. Сопротивляться волнам они не могли – и никто бы не смог. Те люди погибли на камнях, от ударов жилеты защитить не могли.

Полиция нашла остатки катера еще позавчера, но с родственниками до последнего не связывалась. Кому-то это могло показаться кощунственным, а Полина считала, что местные стражи закона действовали верно. Им нужно было убедиться в судьбе «Соная», все проверить несколько раз, а потом уже сообщать печальные новости.

И вот теперь Полине и другим психологам предстояло передать эту весть родственникам тех, кто до сегодняшнего дня считался пропавшим без вести. Пропавший – это страшно, но это же надежда на чудо. Не важно, что с другими чудо не происходит. Каждый в глубине души считает себя единственным достойным.

Здесь чуда не случилось, и задача Полины была сложной в любом случае, но страшнее всего оказалось говорить об этом с Еленой.

Елена ведь так и не прекратила ждать. Она проводила на пляже каждый день – приходила ранним утром, уходила в темноте. Иногда она стояла на коленях, иногда сидела на песке, иногда ходила у кромки воды, но всегда шептала что-то. Молилась.

Если на пляж приходили другие люди, которым хотелось насладиться морем вопреки всему, она не мешала им. Елена не бросалась на них гарпией и не кричала, что они установили лежак на том самом месте, где недавно лежал ее мертвый муж. Она смиренно отходила в сторону, за укрытие из нежных бледных цветов, и молилась там.

Говорить с ней было бесполезно. Полина пыталась, да и отец Гавриил тоже. Елена выслушивала их спокойно, вежливо, но с пляжа не уходила, продолжая выполнять ей одной понятный ритуал.

Теперь оказалось, что ждать больше нечего. Полине очень хотелось перекинуть это задание на кого-нибудь другого, послать к Елене Анфису или Олю, может, Павла – он тоже из опытных… А она не могла. Ей придется пройти этот путь до конца.

Сегодня Елена оставалась на пляже одна, спокойная, прекрасная, как выточенная из белого мрамора статуя. Полина подошла к ней, села рядом, заговорила – непривычно сбивчиво, по-другому не получалось. Она очень условно представляла, какой реакции можно ожидать… Да какой угодно: от слез до попытки ввязаться в драку. Слишком уж уникальным был случай Елены, чтобы строить прогнозы.

Елена удивила ее и на этот раз. Известие о том, что ее сын все-таки погиб, она выслушала все так же невозмутимо, не отрывая взгляд от далекого морского горизонта. Когда Полина закончила говорить, с места ее собеседница так и не двинулась, просто перестала шептать молитву.