Книга Море играет со смертью, страница 90 – Влада Ольховская

— Насколько эта бругмансия вообще опасна? Мог человек ею случайно отравиться?

— Да мог, в принципе, хотя ее в отеле мало, и она в основном под надзором – наши наблюдают, чтобы туристы ее не хватали. Но бывает же всякое! Особенно сейчас… Я вот недавно на кухне пару цветков олеандра нашел, представляете?

— Серьезно?

Марат никогда не увлекался цветами и понятия не имел, как называется большая часть растений, высаженных на территории отеля. Но олеандр был исключением – нежные белые и розовые цветы уже заслужили определенную репутацию. О том, что олеандр очень ядовит, говорили часто и много, но никакие разговоры не могли повлиять на любовь владельцев отелей к этому неприхотливому кустарнику.

Однако если смириться с присутствием олеандра на клумбах было несложно, то новость о том, что яд находился очень близко к еде, точно не ободряла.

— Серьезнее некуда! – подтвердил Степан. – Пару дней назад это случилось. Я как увидел – чуть не поседел! Так орал, что голос сорвал, сутки потом хрипел.

— Но как олеандр мог попасть на кухню? Я думал, все про него знают!

— Ну, там уже никто не признался – после того как я им пообещал ноги поотрывать, в задницу засунуть и так запечь. Не понравилась им перспектива! Но я подозреваю, что это кто-то из новых официанток налажал. Они у нас маленькие, тупенькие, иногда полуграмотные, если из здешнего села. Скорее всего, олеандром они хотели какие-то блюда украсить, но, к счастью, не успели.

— А точно не успели?

— Точно, – кивнул повар. – Я потом медикам нашим рассказал об этом, они внимательно следили, но никто к ним так и не обратился. Обошлось на этот раз!

Обошлось – но не для всех. Хотя Марат сильно сомневался, что Федор Михайлович получил сок бругмансии случайно и в этом ресторане. А то слишком много случайностей набирается: случайно добрался до наркотика случайно именно тот, кто был очень неудобен руководству отеля, случайно дошел до края обрыва, случайно упал в тот день, когда умерла его родственница.

Все это подвело Марата к новому вопросу:

— Еще такое дело… Я тут краем уха слышал, что первый корпус разваливался до шторма. Было такое?

— Чего? – нахмурился Степан. – Фигня какая! Я в этом отеле первый сезон работаю – но не первый месяц! Ничего там не разваливалось.

— А ты так уж часто там бывал?

— Нет, я больше тут работаю… Но так-то я отличу аварийное здание от нормального! Обычный он был, первый корпус, такой, как этот. Хотя если вам прям эксперт нужен, то вы лучше не со мной поговорите, а с Айдином.

— Это еще кто?

— Бармен наш, он в баре первого корпуса работал. В тот день у него выходной был… Повезло, он и сам так говорит. Как узнал, от какой беды ушел, пьяный неделю ходил! А недавно снова на работу вышел, но уже в нашем корпусе, он по вечерам появляется, когда бар открыт. Вот придет – можете спросить у него: Айдин, падал тебе на голову потолок или нет?

— Да, этот вопрос я задаю большинству незнакомцев. Спасибо, Степа, сочтемся.

Марат не слишком надеялся на этого Айдина, но поговорить с ним все равно собирался. Почему нет, если это не сложно? Зато тему закроет, убедится, что все в этом отеле на самом деле в порядке и все случайности действительно случайны.

Ну а то, что цветы олеандра, влияющего, среди прочего, и на работу сердца обнаружились в ресторане примерно в то же время, когда у Орхана Саглама случился сердечный приступ… Очередное трагическое стечение обстоятельств – и не более того.