Книга Внутри, страница 23 – Влада Ольховская

А вот я знала ее достаточно хорошо, чтобы доверить ей свою тайну. Мне нужно было, чтобы она осмотрела Руслана — эти его странные шрамы. Она могла понять куда больше, чем я!

— Это не месть, Наташа, — ответила я. — Если бы я хотела ему отомстить, я бы просто послала его в какую-нибудь захудалую больницу, где его сгноили бы заживо.

— Тогда что это? Миссия Матери Терезы? Твой личный крестовый поход? Ты хоть понимаешь, во что ввязалась?

— Да, догадываюсь, меня там всей клиникой отговорить от этого решения пытались.

— И не зря! Я не понимаю, зачем тебе это!

— Потому что я люблю его, — просто сказала я.

Это действительно было моей единственной настоящей причиной поступить так. Нет, я могла бы наболтать ей что-то о долге, о совместных воспоминаниях, о чувстве вины. Но все это было бы фарсом, на который у меня не было настроения. По-настоящему важно было только одно: я его люблю, а любимых не бросают.

Наташка, кажется, тоже поняла это, она наконец притихла.

— Даже после всего, что он сделал? — устало спросила она.

— Даже так. Потому что я и полюбила его не за то, что он делал, а просто за то, какой он.

— Боже, какая ж ты… неадекватная!

— Как будто ты не знала, — улыбнулась я.

— Знала, но не думала, что все настолько запущено. Ладно, давай еще раз, чего ты хочешь от меня?

— Мне кажется, в клинике мне рассказали не все. У него очень странные шрамы на теле! Я просмотрела всю историю болезни, которую мне передали, и там указаны кое-какие травмы, в основном связанные с аварией. Но они не совпадают с этими шрамами! Да и выглядит он не как человек, который три года большую часть времени проводил в постели.

— Думаю, ты насочиняла уже! Я слышала об этой клинике, у нее хорошая репутация, никто там тебе врать не будет. Веди сюда своего теленка!

Наташка была знакома с Русланом. Мы с ней никогда не были задушевными подружками — просто потому, что с ней невозможно задушевно общаться. Лишь с годами я научилась по-настоящему ценить ее неумолимую честность. Но уже тогда мы общались достаточно хорошо, чтобы я пригласила ее на свадьбу. Они там отлично поладили, однако Руслан со всеми ладил, так что я не удивилась.

Теперь даже она не могла смотреть на него без сочувствия. Еще бы! Она видела того человека — живой огонь! Ей, должно быть, тоже сложно было поверить, что он превратился вот в это.

Но в ее взгляде мелькнуло не только сочувствие — я увидела и настороженность.

— Говоришь, он три года лежал?

— Ну, совсем лежачим он не был, — уточнила я. — Но я видела распорядок дня в клинике! Прогулки там редкие, большую часть времени он проводил в комнатухе три на два метра. Да и к кровати его часто привязывали, у него пролежни на спине!

— Пролежни — дело быстрое, но вот насчет этих трех лет я бы не была так уверена. Скажи ему, пусть разденется.

Руслан прекрасно ее слышал, но никак не отреагировал на ее слова. Зато когда просьбу повторила я, он тут же выполнил ее все с таким же безучастным видом.

Он раздевался без малейшего смущения. В своем нынешнем состоянии он уже не воспринимал разницу между одетым человеком и раздетым, не помнил, что такое стыд. Я снова вспомнила ту неопрятную медсестру, и меня аж передернуло. Жалко, что память не так просто очистить!

— Вот уж не думала, что твоего мужа голым увижу, — усмехнулась Наташка. — В отличие от некоторых…