Книга Внутри, страница 56 – Влада Ольховская

Туман двинулся быстрее. Он постоянно извивался кольцами, дымился, а тут вдруг задрожал, и уж точно не по своей воле. Там, за этой мерцающей завесой, что-то двигалось… Что-то достаточно большое, чтобы туманная гуща пошла волнами, расступаясь перед ним.

Я всматривалась в мир под бледной луной, до боли в глазах, до слез всматривалась. Что-то приближалось ко мне, но я не знала, что делать: бежать к нему или бежать от него. Да и куда здесь бежать? В этот гнилой дом, который никому не станет защитой?

Кажется, ко мне приближался человек… Да, очень похоже на человека! И в какой-то миг я даже обрадовалась. Я почему-то была уверена, что это Руслан, должен быть он. Кто еще первым найдет меня?

Но чем ближе подходило нечто, тем меньше в нем оставалось человеческого — и больше появлялось нечеловеческого. Это был человеческий силуэт, но какой! Длинный, и не высокий, а словно вытянутый в пространстве и из-за этого искаженный. Грудная клетка узкая, словно придавленная, и сливается с талией, тело получается одной линией… Руки длинные, такие длинные, что тонут в самом густом тумане, и непонятно, докуда они тянутся — может, до самой земли! Голова тоже вытянутая, и она где-то там, на высоте, деформированная, и, когда существо подойдет, голова будет надо мной — но все равно я ее увижу.

А я не хочу видеть!

Я не знала, кто это и откуда он пришел. Но я на уровне инстинктов, первобытных, первородных, чувствовала, что мне нельзя с ним встречаться. Что я могла сделать, что изменить? Я застыла перед ним, как беспомощный зверек застывает перед распахнутой пастью змеи. Свеча, оплавившись, капала мне на руку горячим воском, однако даже этой боли было недостаточно, чтобы я очнулась. Я только и могла, что стоять, ждать, чувствуя на лице холодное прикосновение тумана.

Но потом меня схватили сзади — резко, грубо и, это была странная мысль, профессионально: так, что я и дернуться не могла, не говоря уже о том, чтобы вырваться. Я выронила свечу, и она тут же потухла, утонув в грязи. Секундой позже меня втащили в дом, и входная дверь захлопнулась.

Я ничего не видела в захлестнувшей меня темноте, но я все равно сопротивлялась, извивалась всем телом, кричала, пока сильная рука не зажала мне рот. Даже не знаю, на что я надеялась, ведь нападавший был намного сильнее меня, я это сразу почувствовала. Но что мне оставалось? Просто принять смерть? Итог был предрешен, и все равно я топила в этом сопротивлении свой страх, обманывая себя надеждой, что я еще могу на что-то повлиять.

Если бы тот, кто напал на меня, хотел меня убить, ему понадобилась бы секунда, не больше. Однако секунды шли, а я все еще была жива. Я не представляла, как на это реагировать, и только страх заставлял меня вырываться и дальше.

Но страх отступил, когда я услышала над самым ухом знакомый голос — и не хриплый от долгого молчания, а такой, каким он был шесть лет назад.

— Успокойся, прошу. Я с тобой, и я смогу тебя защитить, но ты должна успокоиться.

Он всегда влиял на меня сильнее, чем другие, а уж теперь — особенно. Он ослабил хватку, но не отпустил меня, потому что еще не был уверен, что я не сделаю глупость. Он продолжал шептать, мягко гладя меня по волосам, совсем как раньше!

— Катя, успокойся, сейчас нужно быть тихими… Ни ты, ни я не хотим, чтобы он нас увидел. А тебя здесь вообще быть не должно!