Книга 10000 желаний, страница 167 – Влада Ольховская

— Если вы вошли этим путем, значит, ваша машина припаркована с этой стороны универа, а не возле главного входа. Логично было предположить, что тут вы и выйдете, а не начнете водить хороводы с фанатами.

Форсов казался разочарованным.

— Так значит, вы увидели, где я входил…

— Не увидела. Простите, что прерываю, но сейчас это важно. Я пришла на лекцию вовремя, это вы можете уточнить у прекрасных леди с замашками клубных вышибал, которые отмечали участников. Вы появились позже.

— А окна лекционного зала не выходят на эту сторону здания, — задумчиво произнес Форсов. — Увидеть вы не могли… Действительно, интересно. Так как же?

— По ботинкам, — пояснила Таиса. — Я искала, за что бы зацепиться в вашем образе, как понять, что вам интересно прямо сейчас, чем вы планируете заниматься, где в эту историю могу включиться я. На ваших ботинках я обнаружила засохшие разводы — соль и немного песка. Если идти по главной дороге, такого не будет, там чуть ли не феном плитку высушили. А с этой стороны идет ремонт, тут убирай, не убирай, такие ямы, что где-нибудь да придется наступить в снег.

Форсов перевел взгляд на свои ботинки.

— Разводы не очевидны.

— У меня хорошее зрение.

— Я мог наступить в снег где-нибудь в другом месте.

— Могли, но это вряд ли. Вы безупречны на лекциях, выверено все — цвет рубашки, подходящий костюм, платок… Думаю, вы чистите ботинки в машине перед выходом. Но в универе вас постоянно кто-то сопровождал, кто-то засыпал вас комплиментами, и не было подходящих обстоятельств, чтобы стать раком и ботинки протереть. Плюс ко всему, до лекции оставалось совсем мало времени, а вы не опаздываете.

Желание организаторов придушить ее стремительно усиливалось, в этом Таиса даже не сомневалась. И сразу закопать здесь, на стройке, очень удобно ведь. Но Таису их возмущение не волновало, она не сводила глаз с лица Форсова.

Он улыбался, однако он всегда улыбался. Как Чеширский кот — похоже, за долгие годы работы это стало привычкой. Вот только теперь, как показалось Таисе, его улыбка стала чуть искренней.

— Вы гордитесь собой? — спросил Форсов.

— Я считаю, что заслужила хотя бы то, чтобы вы подумали о моей просьбе.

— Нет, не заслужили. Ваше предположение не получило достаточных оснований, вы во многом полагались на то, что даже при ошибке ничего не потеряете. Догадка, основанная на удаче.

— Допустим. Но остальные не додумались и до этого.

— Я не беру учеников.

— Почему бы не начать?

Таиса достала из куртки резюме, которое спрятала на время своих вынужденных акробатических трюков, и протянула Форсову смятые листы. Заметив, что она, рухнув в сугроб, заляпала несомненно дорогие брюки лектора снежными брызгами, Таиса бодро добавила:

— Соглашайтесь, Николай Сергеевич! Где вы еще такую непредсказуемую дуру найдете?

* * *

Пробежки в десятиградусный мороз Гарик считал умеренно дебильной идеей, которая наверняка забирала больше здоровья, чем приносила. Заниматься чем-то подобным он не собирался, ему даже на Матвея смотреть было холодно — из окна, сжимая в руках чашку горячего кофе.

Матвей же был верен себе: если он собирался что-то делать, он на погоду даже не смотрел. Он бегал и в дождь, и в снег, однажды даже в разгар грозы. Гарик тогда попробовал поспорить с Верой, убьет этого робота молнией или нет. Но Вера сказала, что спорить на чужую жизнь неэтично, да и лишних денег у нее нет.