Книга 10000 желаний, страница 52 – Влада Ольховская

Нитки, которыми была шита эта версия, оказались настолько белоснежными, что с их помощью можно было рекламировать стиральный порошок. У Евгения Волкова не было причин ни для депрессии, ни для, тем более, самоубийства. Да, он потерял отца — но далеко не в нежном возрасте. К моменту смерти Волкова-старшего его сын был бизнесменом, уверенно стоящим на ногах.

С такой версией суда не согласились родственники и друзья Волкова — но и они не искали загадочного убийцу. Они просто винили жену. Она освободилась от ответственности перед законом, а не от преследования.

Что с ней стало — Иван не знал, ему это было неинтересно. Он тогда понятия не имел, может ли Евгений Волков быть связан с Артуром, в чем связь. Сейчас ему предстояло это выяснить. Нельзя сказать, что перспектива разбираться в преступлении радовала Ивана. Но если это нужно, чтобы понять последний проект гениального Артура Мардиса, можно решиться на многое.

— Передай своему новому воображаемому другу, что мы пойдем долгим путем, а главной миссии придется подождать, — Иван указал на смартфон. — И он должен нам помочь.

* * *

— Кажется, я люблю тебя… — мечтательно произнесла она, но тут же смутилась, покраснела и поспешила отвести взгляд. — Прости! Я и сама не знаю, как это вырвалось… Не слушай, это я тут мыслю стереотипами, не проснулась до конца и все такое!

Артур был рад, что она в этот момент не смотрела на него. Потому что он понятия не имел, как реагировать — и как не обидеть ее. Удивлен этим заявлением он не был, он понял, что Вера влюбилась, намного раньше, чем она. Польщен? Нет, тоже не то, потому что он-то к ней ничего не испытывал. Он просто сочувствовал ее неловкости, только и всего.

А этот эмоциональный итог был вполне предсказуем. Он сразу увидел, что она не из тех женщин, которые способны просто заниматься сексом и полностью отстраниться от чувств. Вера была умна и умела быть расчетливой… Но дело ведь не в этом. Холодная отстраненность и стервозность просто не сочетались с ее природой.

— Я сделаю нам кофе, — сказал Артур, поднимаясь с кровати.

— Да, это было бы неплохо…

Он хотел дать ей время, чтобы она оправилась, возмущенно назвала саму себя дурой и забыла обо всем. Иначе и быть не могло в этих отношениях.

Собственно, это нельзя было назвать соблазнением, потому что он и не пытался затащить ее в постель, привязать к себе. Артуру нужно было только получить ее доверие, чтобы следить за ее работой. Остальное получилось само собой: она предложила, он не стал отказываться. Да и зачем? Вера по-прежнему была молода, красива, ему было хорошо с ней, а их договоренность о том, что ничего серьезного между ними не будет, его вполне устраивала.

То, что она влюбилась, — ее проблемы. Сама влюбилась, сама и справляться будет.

Он прошел по уже знакомой квартире на кухню. Они встречались сотни раз, почти всегда на ее территории, Вере так было удобней. Он не возражал. Артур изучил это место так хорошо, что ориентировался не хуже, чем на собственной кухне.

Вот только на его кухне не было посторонних мужчин — а тут был. Когда Артур вошел, Иван Дымов уже стоял у окна, задумчиво потягивая из стакана свежевыжатый сок. Судя по болезненному виду, ночь у него была бурной.

Артур замер, не зная, что делать дальше. Иван не был ему другом, и стыда он не чувствовал — лучше за своей женой следить надо. Ему просто не хотелось тут разборок с утра пораньше. Тем более со своим подчиненным. Тем более с профессиональным спортсменом.