Книга Черная Гончая, страница 96 – Влада Ольховская

Меня встретил лично директор школы – похоже, он здесь жил, вряд ли он случайно оказался поблизости ночью. Дядька был вежливый и явно неглупый. Он общался со мной уважительно, но сразу же намекнул, что, если я попытаюсь сбежать, это изменится. Я лишь неопределенно пожала плечами.

Мама надолго не задержалась – ей нужно было ехать к детям. К тем, которые не ее, оставляя ту дочь, которая ее. Я с ней не прощалась, потому что не собиралась делать вид, будто все хорошо. Она пообещала навестить меня, когда Шатун придет в себя, и стремительно удрала.

Дальше мне полагалось отдыхать, но сон не шел. Я до сих пор не определилась, можно ли назвать мои визиты в тот мир полноценным отдыхом. Как бы то ни было, заснуть я не могла. Хорошо еще, что здесь каждому ученику полагалась собственная комната (пусть и совсем крошечная), так что никто не видел, как я верчусь с боку на бок.

Я размышляла о том, что будет дальше, и все больше укреплялась в решимости удрать. Почему я не могла остаться в школе? Да как раз из-за того, что случилось с Шатуном! Я не знаю, когда внутренний мир снова проявит себя, и не хочу, чтобы еще кто-нибудь пострадал из-за меня. Мне разумнее всего поселиться подальше от людей и держать связь через телефон… Пункт номер два моего плана: добыть телефон.

Утром после завтрака я сразу перешла к делу. Я старалась не привлекать к себе внимания, ни с кем не скандалила, я просто бродила по территории. Пусть считают, что я привыкаю! На самом же деле, я искала путь для побега.

А пути не было! В этой школе тоже не лохи работают. Пусть здесь все и выглядит гламурненько, все помнят, что у многих пациентов есть психические расстройства. Охрана этого места была неочевидна, но присмотришься – и все становится на свои места. Никто не войдет сюда без разрешения, и никто не выйдет. А доказать им, что это очень опасно, я не смогу.

Днем меня погнали к психологу. Здесь с учениками работал солидный дядька, старательно изображающий моего лучшего друга. Я воспользовалась опытом работы с психологиней и рассказала ему ту же муру, что и ей. То, что от меня хотели услышать. Не думаю, что он поверил мне, но приставать не стал.

После обеда я вернулась к подготовке побега, но уже с меньшим энтузиазмом. В своем воображении я прокручивала каждый возможный вариант – и всегда меня ловили. Оказывается, иногда колючая проволока и сторожевые псы не нужны. Достаточно умных охранников и системы видеонаблюдения.

Получается, у меня просто взяли и отняли свободу. Ни за что! Только потому, что Шатуну так захотелось и он смог заплатить за это! Фиг бы у них такое прокатило, если бы мне было на несколько лет больше… Но мне столько, сколько есть.

Мне нужно было отдохнуть, отвлечься, чтобы окончательно не поддаться отчаянию. Я устроилась перед большим телевизором в холле вместе с несколькими другими учениками. Они на меня даже не посмотрели, тут каждый сам по себе.

Но они и не были важны. Все мое внимание оказалось поглощено событиями на экране.

Шли новости. Молодая рыжая корреспондентка вела репортаж с «места чрезвычайного происшествия» (так она это назвала). Я видела черные пятна копоти на траве, фургончики съемочной бригады, развороченные металлическими осколками, и догорающие язычки пламени, которые спешно тушили пожарные. Кровь на траве тоже была… Совсем немного, но оператор специально выискивал ее и снимал крупным планом.