Онлайн книга «Закон чебурека»
|
На глазах темнела повязка. В этот момент мамуля могла бы с натуры написать пирата-зомби Слепого Пью. Стало ясно, что мы потревожили соседа в минуты мирного сна. То ли дневного, то ли уже вечного. — Вы что творите?! — Сдернув повязку, Василий Алибабаевич гневно уставился на оказавшуюся прямо перед ним мамулю. — Это не мы! — Она помотала головой, отчего шляпа на ее голове окончательно перекосилась. — А кто?! — Кажется, это был еж, — робея, подсказала Трошкина. — Какой, на фиг, еж?! — Кажется, бешеный. — Алка чуть попятилась, но не сдала позиций. — И летучий?! — Кто знает, что может взбрести в голову больному зверьку. — Боже, мне придется делать уколы от бешенства! — запаниковала мамуля, сунув руку под вмятину на тулье шляпы. — Он меня укусил! — И меня, — призналась Трошкина. — И меня, — вздохнула я. — А меня, можно подумать, нежно поцеловал! — Василий Алибабаевич, все еще негодуя, брезгливо стер ладонью с груди желто-зеленую жижу, взвизгнул и затряс рукой: — Ой, жжется! — Летучий, бешеный и с кислотной слюной? — задумчиво произнесла мамуля, скосив глаза на подувядший от жары розовый куст. Розан ей не ответил, но она и не нуждалась в собеседнике. Она нуждалась в ручке и блокноте, каковые тут же извлекла из своей бегемотовой сумки, чтобы наскоро набросать портретик нового персонажа еще не написанного ею ужастика. — Что тут вообще происходит? — немного успокоившись, поинтересовался Василий Алибабаевич. — Мы просто хотим попасть в свою квартиру, — объяснила Алка, потерла руки и зашипела. — Просто — это открыв дверь ключом! — буркнул сосед. — У нас его нет, — призналась я, перевесившись через перила и заискивающе улыбнувшись. — Добрый день, Василий! У вас случайно не найдется лестницы? Вдаваться в подробности, объясняя, что у нас нет ключа от замка, которого и не должно быть, не хотелось, а лучший способ замять один вопрос — задать другой. Лестница у соседа имелась. Прекрасная двухметровая стремянка, очень устойчивая и удобная — с ее помощью даже мамуля легко забралась на балкон. Не слушая, что там бурчит Василий Алибабаевич, мы переместились в квартиру и встали, блаженно жмурясь, в рядок перед включенным кондиционером, позволяя ему овевать наши разгоряченные лица. Секунд через двадцать Трошкина ойкнула, метнулась обратно на балкон и крикнула с него вниз: — Не уносите, пожалуйста, стремянку, она нам может еще понадобиться! — Это была не вся физкультура на сегодня? — неприятно удивилась мамуля, открыв один глаз. — Мы же не сможем выйти через наружную дверь, — объяснила ей Трошкина, вернувшись в комнату. — На ней по-прежнему висит замочек, от которого у нас нет ключика. Разумная мысль все-таки пришла. — А если бы ключик и был, это уже не помогло бы, потому что теперь мы внутри, а замочек снаружи, — добавила я. Но мамуля все-таки пошла в прихожую и уже оттуда покричала: — Тут на полу какая-то записка! — И что в ней? — Мы с Алкой высунулись в коридор. — Всего два слова… — «Выхода нет»? «Все пропало»? «Вам кранты»? «Готовьте выкуп»? — предположила Алка. — Зачем же так пессимистично, — глядя в развернутую бумажку, мамуля прибрела обратно. — Тут написано: «Где всегда». — Где всегда — что? — не поняла я. — «Где всегда светит солнце»? — предположила Трошкина. |