Книга Любовь и птеродактили, страница 59 – Елена Логунова

— Вы уже тут, бездельники? А говорят – кто не работает, тот не ест.

— Это кто тут бездельники? Это мы тут бездельники?! Какая гнусная клевета! – Возмущенный Петрик воинственно вскинул нож и вилку и огляделся, словно призывая всех в свидетели.

Окружающие, всецело занятые содержимым своих тарелок, не проявили интереса к происходящему за нашим столиком, и Петрик тоже вернулся к ростбифу. Но распиливал он его как-то особенно агрессивно и с сердитым ворчанием, в котором сквозь чавкание угадывались отдельные слова – я разобрала «неуважение», «возмутительно» и «уволюсь».

Не знаю, что расслышала Дора, но она сменила тему, заявив:

— У нас проблема! – И по примеру Петрика яростно вонзила вилку в котлету.

— У нас нет проблем, локацию для плана Б мы подобрали, вот, посмотри фото. – Я попыталась показать начальнице красивые снимки, но она левой рукой отодвинула мой смартфон, а правой размолола несчастную котлету в фарш, но потом в сердцах бросила вилку.

Я поняла, что дело серьезное. Котлета была очень вкусная и не заслуживала такого варварского обращения.

— В чем дело, дарлинг? – Петрик тоже сообразил, что Доронина слишком раздражена.

— Знаете, кого я встретила сегодня утром?

— Хм, дай подумать, кто мог привести тебя в такое состояние. – Петрик включился в игру. – Один из бывших? Налоговый инспектор? Дементор из Аскабана?

— Все шутишь, дарлинг? Я тут встретила Светозарную.

— Это какая-то сектантская тема, я не понял? – Дружище посмотрел на меня.

Я хмыкнула:

— Ну, почти. Светлана Светозарная – мотивационный коуч, инструктор по просветлению, не знаю, как правильно сказать.

— Просто ведьма, – подсказала Дора.

— Она называет себя скромно и со вкусом: мистик-мастер. Федор Михалыч считает, что они конкурируют.

— Конечно, мы конкурируем! – подтвердила Доронина, снова взяв вилку, чтобы покрошить в пюре картошку фри. – У нас целевая аудитория одна и та же: скучающие богатенькие дамочки. И если в городе-миллионнике кормовой базы хватает и мне, и Райке, то в этом маленьком курортном поселке за свой кусок придется драться в кровь.

— Стоп, а Райка кто такая? – снова не понял Петрик.

— Это она и есть, Светлана Светозарная, по паспорту – Раиса Краснолоб, – быстро объяснила я и повернулась к Доре: – С чего ты взяла, что Светозарная тут тоже по делу? Она, наверное, просто в отпуск на море приехала – загорать и купаться…

— С того, что я эту ведьму не просто видела, но и слышала! – Доронина энергично перемешала котлетное крошево с картофельным, посмотрела на получившееся месиво и с чувством сказала: – Вот же дрянь!

Я молча придвинула к ней свою тарелку с еще не тронутым вторым, но оказалось, что Дора ругала не еду.

— Мерзавка сидела в шезлонге у бассейна и хвасталась кому-то по телефону, что обработала уже больше восьми тысяч единиц, осталось еще две, как договаривались!

— Федор Михалыч, ты чего? – Я покрутила пальцем у виска. – Не может быть такого количества клиентов у Светозарной, не организует же она всероссийский марафонский забег в нирвану!

— А если организует? Тогда это просто позор: у нее мероприятие на десять тысяч человек, а у нас всего на дюжину. – Доронина скривилась, будто сейчас заплачет.

— Ну, ну, не надо раньше времени расстраиваться, дарлинг, – разжалобился сердобольный Петрик. – Не волнуйся, мы проясним этот вопрос. Да, Люся?