Онлайн книга «Любовь и птеродактили»
|
— Мужик? – Раздосадованная, я не сразу поняла, над чем он смеется. — Вообще не человек! Это криптобиржа, мне с нее автоматические пуш-уведомления приходят: «Клиент сообщает, что одобрил ордер…», «Отгрузите клиенту криптовалюту…», «Подтвердите получение средств…»! — А клиент кто? — Да, представь себе, тоже не баба! Вот, видишь, по ордеру открывается имя: Рахмангулов Тимур Кабаевич. – Любимый, держа руль одной левой, правой рукой вытер слезы. – Ох, насмешила… И кто из нас Отелло после этого? — Ну, к Тимуру Кабаевичу я тебя не ревную, – пристыженно проворчала я, и, маскируя неловкость повышенным интересом, спросила: – Ты чем-то торгуешь на криптобирже? — Вот прямо сейчас – токенами USDT, это как бы доллары, а вообще-то я инвестирую в самую разную крипту, я же говорил, ты забыла? – Караваев оседлал любимого конька и понесся на нем галопом, радуясь возможности еще раз показать мне, какой он выгодный жених. – У меня диверсифицированный портфель, там и стейблкоины, и эфиры, и битки… — Битки? — Ну, биткойны! Самая дорогая криптовалюта, цифровой аналог золота! Сегодня уже выше семидесяти тысяч баксов торгуется! — Это за один биткойн? И тут вдруг меня как обухом ударили! В глазах потемнело, в голове зазвенело: мысли в черепной коробке запрыгали, будто монеты в фарфоровой свинке-копилке, которую взяли и энергично встряхнули. Я замолчала и застыла, забыв закрыть рот. По закону подлости, под колеса тут же попался очередной «лежачий полицейский», машина подпрыгнула, и мои зубы громко клацнули. — Это что за звук? – оглянулся Караваев. — Не беспокойся, – медленно проговорила я и встряхнулась. – Все в порядке, теперь – в полном! Это щелкнул, встав на место, пазл в моей голове. — Да? И что за картинка собралась? — Потом расскажу, – пообещала я. Мы приехали – в конце аллеи уже виднелось раскидистое дерево, усыпанное розовыми цветами: альбиция, она же константинопольская акация или шелковое дерево… Ой, какая же я умная, сколько всего знаю! Петрика и Киру я нашла у моря. Они сидели в шезлонгах, лениво поглядывая на своих кавалеров: Эмма с Покровским, всячески рисуясь и красуясь, играли в пляжный волейбол. Я рухнула на шезлонг дарлинга, едва не отдавив ему ноги, и с ходу потребовала: — Кира, поделись своим мнением! С чем у тебя ассоциируется слово… — А почему только Кира? – надулся Петрик. – Я тоже хочу! — Окей, ты тоже. Будете фокус-группой, не тормозите меня, живо скажите, как вы видите слово… — А почему слово? – теперь перебила Кира. – Я вообще-то людей вижу теми или иными картинками, а не слова… — А ты попробуй! Давай-давай, играем в ассоциации. Рубль! Кира озадаченно моргнула, но ответила: — Топор, дерево, удар отскочившей щепкой в лоб. — Отлично. Евро? — Свист резко застегнутой молнии на кошельке. — Биржа! — Мешок. Тугой такой, полный чего-то сыпучего, не знаю, что там… — Рожь, – подсказал Петрик. – Поскольку би-ржа! — Бинанс! — А это что такое? – свел брови дарлинг. — Криптовалютная биржа. — А! Тогда тихий шепот. Вкрадчивый такой, искушающий. – Петрик оживился. — А у меня будто ветер свистит, – Кира тоже разговорилась. – Должно быть, в пустых карманах. — Биржевики богатые, – заспорил с ней дарлинг. — Не все, кто-то же разоряется! — Так, не отвлекаемся! – Я ударила в ладоши и назвала главное слово: – Биткойн! |