Книга Марш-бросок к алтарю, страница 122 – Елена Логунова

— За упокой души надо бы не кофе пить, — сочувственно заметила я.

— Не кофе уже пили, — кивнул Сушкин. — Думаешь, по какому случаю была моя многосерийная пьянка? Это я Лешку поминал. Причем, можно сказать, за его же счет...

— Это как? Ты не успел вернуть ему одолженные деньги?

— Да нет.

Крепкий кофе похмельного Эндрю заметно взбодрил, и он неожиданно рассказал мне прелюбопытную историю.

Оказывается, с покойным оператором местного ТВ мой коллега была знаком еще со студенческих лет. Они вместе учились в институте культуры и приятельствовали, так что Сушкин был более или менее в курсе дел Пряникова. Иногда они даже сотрудничали.

— Вот в субботу Леха позвонил и попросил меня срочно скопировать на диск его съемку. Что за запись, не сказал, но я так понял, что какая-то халтурка. На нее сначала только один клиент был, а потом вдруг второй объявился. Ну, Леха же не дурак, чтобы от дополнительных денег отказываться? И я не дурак!

Андреас с легким вызовом посмотрел на меня, и я ему согласно покивала — мол, да, да, не дурак, редкий умник!

— Договорились, что я скопирую запись с флеш-карты камеры, и исходник Лешка отдаст основному заказчику. А второй клиент заберет диск с копией у меня.

— Прекрасно придумали, — почти задавив иронию в голосе, сказала я.

— Придумали отлично, а вот выполнили хуже, — проворчал рассказчик. — Лешка мне флешку так и не передал, убили его той же ночью, беднягу! А вот телефончик клиента номер два он мне выдать успел, и в понедельник я ему позвонил.

— Зачем? У тебя же не было записи? — удивилась я.

— У меня в тот момент еще и денег не было! Помнишь, я у тебя одолжить пытался? И у Бронича, и у Сашки, и у Люси... Никто не дал! Представь: у меня друг погиб, а я без гроша в кармане! Даже на рюмку водки не наскрести, а Лешку-то помянуть надо было?

— Надо, — кивнула я, уже догадываясь, каким будет продолжение рассказа. — Короче, вторым претендентом на съемки Пряникова оказался сын Ратиборского, так? И ты, бессовестный обманщик, вместо нужной видеозаписи, которой у тебя вовсе не было, всучил человеку первую попавшуюся кассету, так?

— Съемочку детсадовского утренника, — кивнул мелкий жулик.

Раскаяния в его голосе я не услышала. Наоборот:

— Знаешь, мне ничуть не совестно! — заявил Андрюха. — Только жалко, что я мало денег с них срубил, надо было не пятьсот баксов просить, а вдвое больше. Для таких мажоров, как эти папины сыночки, пятьсот баксов — не деньги. Видишь, они за них даже не бьются — один раз наведались, спросили: «Где этот, в бандане и галстуке?», получили шиш с маслом и ушли, как будто так и надо. Гламурные слюнтяи!

— Да, это не твой образ! — съязвила я, окинув помятого и несвежего коллегу выразительным взглядом.

— Мне съездить домой, переодеться? — смутился он.

— Съездить, — кивнула я. — Переодеться, помыться, побриться и придумать уважительную причину для затяжного отсутствия на работе. Беги, пока тебя Бронич не узрел!

Андрюха убежал, а я села на его место, выдвинула верхний ящик рабочего стола, и достала из нее флэш-карточку, которая пришла ко мне кружным путем, через город Тихошевск. Куда я сама же отправила ее в белом шарике с портретом Путина. Можно сказать, под патронатом Премьера...

Картинка выстраивалась четкая. Шарик с начинкой я лично сняла с гирлянды в ресторане «Старая крепость» в воскресенье. А накануне, в субботу, в «Крепости» праздновали другую свадьбу. И проводила это торжество все та же бригада Ларисы Котовой.