Книга Марш-бросок к алтарю, страница 23 – Елена Логунова

Радовала меня не только и не столько футбольная победа, сколько ее вполне предсказуемые последствия.

Можно было не сомневаться, что позитивная суперсенсация международного масштаба вытеснит с лент новостей безрадостную весть об убийстве депутата краевого уровня! Я полагала, что нам с Катькой это на руку.

Праздник удался.

— Не смотря ни на что! — сказала Лариса, вполне заслуженно гордясь собой.

Успешно провести свадьбу в условиях жесткой конкуренции с прямой телевизионной трансляцией финального матча за Еврокубок — это был настоящий профессиональный подвиг! Но Ларина команда борьбу за внимание публики вела так жестко и бескомпромиссно, что в случае переноса ее деятельности на футбольное поле Кубок стал бы нашим еще в первом тайме.

— Но ты, предатель, премию не получишь! — по итогам вечера припугнула Лара своего звуковика.

Стасик Прыгов повел себя как самый настоящий двурушник. Душевные песни про цветы, которые белее снега, и свадьбу, которая пела и плясала, он то и дело перебивал бодрыми звуками футбольной дудки, после чего громогласно, в микрофон, озвучивал текущий счет матча. Гости мужского пола, конечно, тут же забывали, зачем собрались, и вместо «Горько!» начинали орать «Гол!» и «Давай-давай!» Официанта подзывали криком «Эй, на воротах!», а жениха качали, скандируя «Толян-чемпион!», отчего невеста багровела как красная карточка. Лара, слыша в свой адрес «Тамаду на мыло!», тихо скрипела зубами, но один раз и сама оговорилась, назвав свадебный марш свадебным матчем. Пряникова, снимавшего все происходящее внушительного вида профессиональной камерой, участники торжества дергали за полу операторской жилетки, интересуясь, когда им покажут «свадебный матч» в записи. Хуже всех вел себя новобрачный, который откровенно торопился закончить официальную часть вечера и уединиться в спальне, но не с супругой, а с телевизором. Зато удвоенная радость — по поводу создания отдельной ячейки общества и футбольного триумфа народа в целом — вылилась в усиленное потребление горячительных напитков. Такой пьяной и буйной свадьбы Лариса не видела очень давно.

В десять часов вечера, проводив за ворота последнего непрямоходящего гостя, она облегченно вздохнула, крепко потерла лоб и щеки и созвала свою звездную команду условным криком:

— Все, народ, финита ля комедия!

Разнопрофильные спецы выстроились полукругом на дансинге. Настал долгожданный час расплаты.

— Прыгов, твои пять! — Лариса протянула купюры, развернутые веером, звуковику.

— А премия? — огорчился Стас.

— О премии в следующий раз поговорим, сегодня ты не заслужил, — отрезала суровая начальница. — Пряников!

— Здесь! — выкатал грудь оператор.

— Гони запись.

— Вот, — Лешка вложил в большую ладонь шефини две маленькие кассеты. — Камера в кофре, микрофон там же. Батареи для завтрашней съемки надо зарядить.

— Зарядим, — пообещала Лариса.

Большая камера со всеми необходимыми аксессуарами была собственностью ее фирмы и с целью предотвращения «левых» операторских халтурок выдавалась Пряникову только на время съемки.

— Твои шесть, пересчитай. Вера, твои три!

Лара расплатилась с оператором и декораторшей и уже без пафоса, по-семейному, сунула пару пятисоток в карман помощницы — за-все.

— Спасибо! — вежливо сказала одна Галя.