Книга Тайна из ларца, страница 55 – Наталья Николаевна Александрова

— Да-а… результат неутешительный, – пробормотал Леня, выруливая на улицу, – считай, никаких зацепок не отыскали… А все ты – начала орать, вот нас и засекли.

Лола пристыженно молчала.

Маркиз молча довез ее до дома и ждал, не выходя из машины.

— Ты куда? – удивилась Лола.

— По делу, – сухо ответил он, – когда вернусь – не знаю.

Как уже было сказано, Леня Маркиз обладал несомненным мужским обаянием, сильнее всего действующим на две категории представительниц прекрасного пола, одной из которых были ученые дамы за тридцать с неустроенной личной жизнью.

Вредная Лолка не раз прохаживалась по этому поводу, Леня же мог ответить ей только одно – что эти ученые дамы не раз помогали ему в сложных расследованиях.

Вот и на этот раз Леня отправился за консультацией к одной из таких дам, разумеется, ничего не сказав Лоле, чтобы не давать ей повода для новых насмешек. И вообще он был на Лолку зол. Ишь чего выдумала – мышей бояться!

То есть он-то прекрасно знал, что все женщины боятся мышей, крыс, пауков и еще многих представителей животного мира. Но чтобы орать как резаная, когда они находятся, так сказать, при исполнении. Нет, Лолка совершенно распустилась, утратила форму. Ну все, буквально все приходится делать самому!

Леня вздохнул и сосредоточился на предстоящем своем свидании с нужной дамой.

Дама эта работала в известном на всю страну Зоологическом институте, расположенном в самом красивом месте нашего города – на стрелке Васильевского острова.

Собственно говоря, широкую известность этому институту принесла не столько его плодотворная научная деятельность, сколько то, что он расположен в одном здании с замечательным Зоологическим музеем, куда ответственные родители и бабушки с дедушками приводят своих малолетних отпрысков, чтобы показать им белых медведей, тигров, обезьян, трудолюбивых бобров и прочих представителей животного мира нашей голубой планеты.

Чучела этих животных (а также тысяч и тысяч других) были искусно расставлены в просторных залах и представляли живые сцены охоты или мирного сосуществования братьев наших меньших.

Разумеется, и Леню когда-то приводили в этот музей. Он до сих пор помнил, какое неизгладимое впечатление произвели на него два огромных белых медведя в первом зале.

Но сегодня он направлялся не в музей, а в институт, расположенный в левом крыле того же здания.

Войдя в просторный холл, он бросил взгляд на собаку Петра Великого, чье чучело украшало лестницу, и свернул налево, в длинный коридор, ведущий к научным лабораториям.

Старушка, которая сидела перед входом в коридор и вязала непременный носок, строго взглянула на него поверх очков и осведомилась, кто он такой и куда он направляется.

— Росгоспожарнадзор! – отчеканил Маркиз, помахав перед лицом вахтерши каким-то удостоверением, кажется читательским билетом. – Внеплановая проверка огнетушителей!

— Тогда ладно, – пробормотала старушка и принялась пересчитывать лицевые и изнаночные петли.

Леня прошел по коридору до лестницы, поднялся на второй этаж, миновал отдел чешуекрылых, секцию членистоногих, сектор панцирноголовых и вошел в знакомую лабораторию, на двери которой висела аккуратная табличка «Лаборатория сравнительной орнитологии». Вдоль стен лаборатории стояли многочисленные стеллажи с чучелами птиц – от крохотного королька и невзрачного крапивника до внушительного глухаря.