Онлайн книга «Тайна из ларца»
|
Больше того, теперь ей явственно казалось, что на нее кто-то смотрит из темноты. Наконец Субботин закончил разговор и отошел от шкафа. Лола перевела дыхание и хотела уже выскользнуть на свободу, но тут она услышала совсем рядом негромкий шорох, а потом ее руки коснулось что-то холодное. — Мама! – вскрикнула она шепотом, потому что ее горло перехватило от страха. Первым и самым естественным ее побуждением было выскочить из проклятого шкафа, но, когда она попыталась это сделать, выяснилось, что путь к отступлению отрезан: между ней и дверцей шкафа находилось что-то живое и холодное. — Господи, да что же это такое… – пробормотала Лола, вглядываясь в темноту. За это время глаза ее привыкли к скудному освещению, и она смогла разглядеть прямо перед собой сгусток тьмы, в котором выделялись два тускло мерцающих зеленых глаза. Ей стало совсем страшно. — Мамочка… – забормотала Лола, отодвигаясь как можно дальше и вжимаясь спиной в заднюю стенку шкафа. – Мамочка, да что же это такое… что же это творится… Сгусток темноты перед ней пришел в движение, зеленые глаза приблизились, и Лолиного лица снова коснулось что-то холодное. Тут снаружи шкафа что-то изменилось, должно быть включили более яркое освещение, и часть этого света проникла внутрь. И при этом слабом свете Лола увидела перед собой свернувшегося кольцом питона. При этом она испытала очень странное чувство. Одновременно и страх, и облегчение. Во всяком случае, она имела дело не с каким-то таинственным, безымянным порождением темноты, не с ночным кошмаром, а с вполне реальным живым существом. Существом, у которого было имя. Лола вспомнила, что фокусник называл его Васисуалием. Больше того, питон был в каком-то смысле ее коллегой, как и она, он выступал на сцене, как и она, дорожил вниманием зрителей, значит, он может ее понять, как артист артиста. Кроме всего прочего, питон явно не питал никаких агрессивных намерений, наоборот, смотрел на нее весьма дружелюбно и приветливо, а те странные прикосновения, которые Лола перед тем ощущала, объяснялись весьма просто: питон ее пару раз лизнул своим длинным раздвоенным языком. Лола поняла, что произошло: шкаф фокусника был вроде сундука с двойным дном, в нем было два отделения. В одном из них фокусник запер Лолу, чтобы потом выпустить ее на сцене, в другое уполз питон, и в это же отделение Лола спряталась от Субботина… Ситуация прояснилась, но оставалась по-прежнему безвыходной, в самом буквальном смысле этого слова: между Лолой и выходом из шкафа располагалась огромная рептилия, и она явно не собиралась выпускать Лолу… Тем временем питон отчего-то заволновался, поднял голову и уставился на Лолу с явным неодобрением. Возможно, он почувствовал, что она вынашивает замыслы побега. — Спокойно, спокойно, Васенька… – проговорила Лола, придумывая на ходу уменьшительное прозвище для змеи. – Не волнуйся… Питон не внял ее просьбе. Он придвинулся ближе и даже попытался обвить Лолу. — Ой! – вскрикнула она, отстраняясь. И тут Лола вспомнила, что змей успокаивают музыкой. У нее не было с собой ни дудочки, как у заклинателя змей, ни какого-то другого подходящего музыкального инструмента, и Лола запела жалким дрожащим голосом романс, который исполняла иногда перед зеркалом, чтобы потренироваться в жестах. Романсы всегда поют с выразительной жестикуляцией, поэтому Лола прижимала руки к сердцу, низко наклоняла голову, вздымала руки к потолку и бессильно роняла их вдоль тела. Здесь, в тесном шкафу никак было не развернуться, поэтому Лола пела без жестикуляции: |