Книга Семнадцать провалов весны, страница 13 – Наталья Николаевна Александрова

Она потянулась, чтобы стереть с него едкий порошок, и при этом заехала локтем в ухо второму мужчине, который уже поднимался на ноги. Тот охнул и упал как подкошенный.

Уборщица взмахнула своей шваброй, как бы нечаянно ткнув ее ручкой под ребро безуспешно пытающемуся прокашляться, после чего тот свалился рядом с напарником и затих.

— Ох ты, господи, какие мужчины болезненные пошли! – провозгласила тетка и припустила вслед за Маркизом.

— Ну, бабуля, это просто высший пилотаж! – восхищенно проговорил Леня, когда старуха оказалась рядом с ним. – Особенно впечатляет в вашем возрасте!

— У меня по восточным единоборствам всегда высший балл был, – самодовольно сообщила ему уборщица. – А это – как езда на велосипеде, раз научившись, не разучишься! А насчет возраста, ты зря прохаживаешься, женщине столько лет, на сколько она выглядит! – и тетка кокетливо поправила свою серую косынку.

Леня чуть не сказал в ответ, что столько, на сколько она выглядит, просто не живут, даже в горах Абхазии, но вовремя прикусил язык.

— Зря мы тут с тобой лясы точим, – забеспокоилась старуха. – Конечно, я их хорошо приложила, но и они – ребята крепкие, скоро очухаются, так что нужно поскорее делать ноги! – И она припустила вперед по полутемному коридору.

— А кто они такие? – осведомился Маркиз, едва поспевая за бойкой старушенцией.

— Пока не знаю, – ответила та. – Но выяснением их личности уже занимаются…

— Кто? – удивленно спросил Леня и на всякий случай огляделся по сторонам. Кроме них, в ближайших окрестностях никого не наблюдалось.

— Кто надо! Наши люди! – загадочно ответила старуха и еще прибавила ходу.

Когда Леня уже хотел попросить у нее снизить темп, старуха неожиданно остановилась и завозилась возле едва приметной дверки в стене коридора. Наконец, негромко щелкнул замок, дверка распахнулась, и «уборщица» жестом предложила Лене войти.

Опасливо оглянувшись, Леня пригнулся и вошел внутрь.

За дверью оказалось небольшое помещение вроде институтской лаборатории. Вдоль стен стояли металлические стеллажи с какими-то загадочными приборами, коробками и ящиками неизвестного назначения. В глубине комнаты находился стол с компьютером, факсом и прочими средствами связи. На соседнем столике поменьше стояла кофеварка и пара фаянсовых кружек.

— Ну, садись, Леонид, – разрешила старуха. – Здесь ты можешь не беспокоиться, это место безопасное!

— Мы с вами в неравном положении, – проговорил Маркиз, усаживаясь, – вы про меня знаете удивительно много, а я про вас – совершенно ничего. Даже как вас зовут, и то не знаю!

— Меньше будешь знать – дольше проживешь! – проворчала старуха. – А впрочем, зовут меня Ариадна…

— А по отчеству?

— Ариадна Михайловна, – и бабка снова кокетливо поправила свою косынку.

— Хорошее имя, – одобрил Маркиз. – Значащее! Знаете выражение – нить Ариадны? Так может, Ариадна Михайловна, и вы мне какую-нибудь ниточку дадите, чтобы я мог яснее представить свою задачу и вообще понял, что со мной происходит?

— Много не обещаю, – Ариадна Михайловна пожевала губами, – но тоненькую ниточку я тебе, пожалуй, дам…

В совершенно растрепанных чувствах Леня Маркиз открыл дверь собственной квартиры. И в тот же миг в голову ему полетели его собственные домашние тапочки. Леня не успел увернуться, что, несомненно, говорило о том, что он очень расстроен, в обычное время реакция у него была отличная – не зря несколько лет он проработал в цирке. Тапочки были пущены мастерской рукой, но не причинили Лене особого вреда по причине мягкости.