Книга Семнадцать провалов весны, страница 67 – Наталья Николаевна Александрова

Внутри мойки в обнимку с розовым мусорным ведром сидел Борис Михайлович Любимчик, держа под мышкой веник. Был он без рубашки, но в брюках и в одном носке.

— Здравствуйте… – прошелестел он.

— И вам не болеть, – вежливо ответил Леня. – Вылезайте, Борис Михайлович, приехали!

— Где она? – спросил Любимчик.

— Там в спальне, на кровати, – ответил Леня.

— Кого вы имеете в виду? – удивился Любимчик.

Леня уже ничему не удивлялся, его сомнения в непричастности Любимчика к делу о похищении записной книжки переросли в твердую уверенность. Тут в кухню ворвался командир и одним ловким движением выудил Любимчика из мойки.

— Где она? – взревел он. – Немедленно говори, где ты ее прячешь, иначе применим санкции!

— Какие санкции? – хором спросили Леня и Любимчик.

— Допрос третьей степени, – буркнул командир. – Вон, Кречет у нас по совместительству работает… Большой специалист, можно сказать, талант!

— Я никого не прячу, – растерянно заговорил Любимчик, – эта женщина не имеет ко мне никакого отношения. Я в этой квартире оказался совершенно случайно, вас ввели в заблуждение!

— Кем вам приходится хозяйка квартиры Грушина Татьяна Петровна? – официально спросил командир.

— Никем! – закричал Любимчик. – Да я эту корову знать не знаю, видеть не могу!

— Ах вот как?! – раздался гневный голос, это очнувшаяся блондинка появилась на кухне, завернувшись в розовую простыню. – Так значит – я корова? А кто говорил, что я лапушка и зайчик? Кто обещал бросить жену и жениться на мне?

Внезапно она шагнула вперед и ловко залепила Любимчику звонкую пощечину.

— Кисанька, не верь! – крикнул Любимчик в глубину квартиры. – Это все гнусные наветы!

— К кому он обращается? – спросили мужчины.

— Он думает, что это жена его выследила, – объяснила блондинка довольно спокойно, – он ее до смерти боится. Сам терпеть ее не может, а разводиться нельзя – она его содержит. Она богатая очень, может, слышали сеть магазинов фурнитуры и пуговиц «Оторви да брось»? Так это его жена хозяйка. И если она узнает, что он налево ходит, то сразу его выставит из дому под зад коленом. А он ничего делать не умеет. Может, думаешь, ты мне нужен? – обратилась она к Любимчику. – Да как собаке патефон!

После этого блондинка стала с остервенением драть его львиную гриву.

— Ну, спасибо, – сказал командир и снял осточертевшую маску, – удружил ты нам, Бондарев! Уж попомнит тебя Организация!

— А тогда какого черта ты в клинику ходишь к этой докторше? – в отчаянии возопил Леня.

— Мы с ней давние приятели, – Любимчик повесил голову, – в школе вместе учились до седьмого класса. Она мне алиби дает перед женой по старой дружбе…

— Ужас какой! – вздохнул Леня, предчувствуя, что сделает с ним начальство.

И в это время распахнулась дверь и на пороге возникли двое полицейских в форме, предводительствуемые бабкой с верхнего этажа, которая сумела освободиться и вызвала-таки полицию.

— Стоять! – завопил один. – Руки за голову! Лицом к стене! Бросай оружие!

Пока разобрались с полицией, Любимчик успел удрать. Боец, оставленный караулить на лестнице, был успешно нейтрализован бабкой посредством кухонной скалки.

В трансформаторной будке озверевшая от скуки Лола кокетничала с радистом. Увидев физиономию своего компаньона, она сразу все поняла: