Книга Служанка двух господ, страница 6 – Наталья Николаевна Александрова

Большинство его афоризмов почему-то касалось свиней и их чрезвычайного ума. Веня в глубине души полагал, что и знаменитый настой дяди Васи имеет к свиньям самое прямое отношение, а именно – сделан из свиного навоза. Но свое мнение Веня держал при себе и безропотно поил тещу ужасной жидкостью. Софья Сигизмундовна не сомневалась, что настой чрезвычайно полезен для ее здоровья. Здоровье у нее было богатырское, и если бы настой его еще улучшил, то теща вполне могла бы претендовать на включение в олимпийскую сборную по тяжелой атлетике или классической борьбе.

Заткнув свободной рукой нос, Веня налил в стаканчик небольшое количество настоя и принес его теще. Софья высоко сидела, облокотившись на груду взбитых подушек, и подкручивала левой рукой свои темные усики.

— Наконец-то! – пророкотала она, как отдаленная гроза. – Я уж думала, что ты по дороге заснул или зашел не в ту комнату! Однажды, Вениамин, ты вот так же пропадешь на целый час и потом застанешь здесь только мой хладный труп! Ведь ты прекрасно знаешь, какое у меня хрупкое здоровье и что держится оно только на этом чудодейственном настое…

Она выхватила у Вени стаканчик с вонючей жидкостью и лихо, по-гусарски, опрокинула его в свою глотку. Сходство с гусаром очень усиливалось за счет уже упомянутых усиков.

— Кстати, Вениамин, – проговорила она, отставив стаканчик и оглядев свою комнату орлиным взором. – Тебе не кажется, что здесь очень неопрятно?

Вене казалось. Однако он считал, что главная причина царящей в тещиной комнате неопрятности – это сама Софья Сигизмундовна, ее бесконечные склянки и пузырьки с лекарствами, запах все того же свиного настоя и многое другое… Но вряд ли она именно это имела в виду.

Так оно и оказалось.

— Зять Анфисы Савельевны сделал в квартире ремонт, – сообщила теща после непродолжительного молчания.

Веня тяжело вздохнул. Этот зять стал его проклятием. Теща поминала его как минимум десять раз на дню.

— Я понимаю, – голосом, полным христианского смирения, проговорила Софья. – Не каждой женщине так повезло в жизни, как Анфисе… Не каждой достался в зятья такой золотой человек… И я ведь, кажется, не требую от тебя чего-то необыкновенного… только немного внимания, немного заботы… совсем немного, Вениамин… И ты прекрасно знаешь, что тебе не так уж долго осталось делить мое общество…

«Совсем недолго, – подумал Веня, окинув взглядом мощную тещину фигуру. – Она-то, конечно, доживет до ста лет запросто… А одна крестьянка в Афганистане, кажется, дожила уже до ста сорока… Но я, к счастью, не дотяну и до пятидесяти в такой нервной обстановке…»

— Совсем немного внимания! – повторила теща, на всякий случай повысив голос и добавив в него металла.

— Так что вы хотите на этот раз? – со вздохом осведомился Веня.

— Ну вот, – сказала Лола, с трудом захлопнув крышку багажника, – надеюсь, что запасов нам хватит хотя бы на неделю. Все-таки наши звери совершенно обнаглели – все время обжираются, портят вещи и мебель! Вот интересно, в кого они такие?

— Как воспитали, такие и есть, – вздохнул Леня. – Вот ты, например, все позволяешь своему карликовому волкодаву. А еще говоришь о воспитании!

Лола открыла рот, чтобы достойно ответить компаньону. Ленька сам ужасно разбаловал своего кота, а у попугая, очевидно, просто плохая наследственность. Но родственники его живут на далекой Амазонке, так что с них не спросишь – очень далеко. Итак, Лоле было что сказать, но в это время раздался звонок Лениного мобильника. Мобильником этим Маркиз пользовался только для связи с заказчиками, время от времени менял в нем сим-карту, но мелодию звонка оставлял тут же самую – «Полет валькирий» Вагнера. Он говорил, что такая суровая музыка сразу же настраивает его на серьезный лад.