Книга Клиент Пуаро, страница 41 – Наталья Николаевна Александрова

— Бр-росил, бр-росил супр-руг! Какое гор-ре! Подр-руга! Др-рянь какая! Р-рыбы пр-ропали!

— Слушай, о чем он все время болтает? – не выдержал Маркиз. – Что за словесный понос?

— Понятия не имею, – отмахнулась Лола, – очевидно, это из сериала. Вон, почитай детектив, может поймем?

— Обр-раз! Актер-рская игр-ра! Тр-рагедия твор-рчества! – воскликнул попугай.

— Слушай, я больше не могу! – пожаловался Леня. – Может, загнать его в клетку?

— Нельзя, у него будет гиподинамия, – возразила Лола. – Он и так целый день на студии в клетке просидел, он заболеет.

— Скорее мы заболеем, – проворчал Маркиз.

Однако не все так думали. Лола поглядывала на Перришона с усмешкой, к тому же ей было неудобно делать ему замечания после того, как она настолько беспечно забыла клетку в чужой машине. Кот, как, впрочем, и всегда, реагировал на выпендреж попугая довольно спокойно, жизнь приучила его ко всему относиться сдержанно. Аскольд лежал в своем любимом кресле, прищурив глаза, и тихо урчал сам себе.

Пу И же был совершенно сражен. Он весь вечер ходил за попугаем по пятам, глядел на него с немым восхищением и, казалось, обмирал от одного звука его голоса.

— Ну вот, одного поклонника своего таланта Перришон уже приобрел! – заметил Маркиз.

— Наконец-то ты увидишь, что такое настоящая, большая слава! – сказала ему Лола.

Про себя же она подумала, каким смешным выглядит загордившийся попугай, и кто знает, возможно, Ленька был не так уж не прав, когда в свое время, пока Лола играла в театре, посмеивался над ней и говорил, что Лола похожа на глупую гусыню, когда выходит на поклон, раздуваясь от гордости.

— Твор-рчество! – высокопарно вещал попугай. – Сокр-ровищница мир-ровой культур-ры!

— Если мы немедленно не запрем его в клетку, он, пожалуй, начнет автографы раздавать!

— Перришон, уймись, наконец! – прикрикнула Лола. – Сколько можно?

— Бездар-рность! – тотчас обиженно отозвался попугай, и Пу И гавкнул согласно.

— Ну, ничего себе! – возмутилась Лола. – Я, значит, бездарность, а ты у нас – мировая знаменитость? Артист погорелого театра, вот ты кто! А ты, Пу И, – самый настоящий предатель!

Перришон отвернулся от Лолы и пошел прочь с презрительным видом, сопровождаемый верным Пу И.

— Ты не находишь, что у него развивается мания величия? – спросил Леня. – Что скажет на это профессор?

Лола только вздохнула, она уже сто раз пожалела, что отнесла попугая на студию.

Тем не менее утром Лола поднялась по будильнику, намереваясь снова отправиться на съемки. Несмотря ни на что, она чувствовала свою причастность к заветному киноискусству. Стоя перед зеркалом, она горько улыбнулась своему отражению: не для кого было наводить красоту, не ее ждали на студии с нетерпением, не ей бы звонили в случае непредвиденного опоздания незаменимого артиста. То есть звонили бы, конечно, ей, но интересовались бы исключительно самочувствием Перришона.

Усилием воли Лола подавила в себе ростки зависти, расцветшие за ночь махровым цветом, привела себя в порядок и с тяжелым сердцем отправилась на студию, заставив себя проглотить только чашку чая – даже кофе не хотелось.

После ее ухода Маркиз покачал головой, потом вздохнул с облегчением, потому что в квартире наступила наконец благословенная тишина. Кот держался индифферентно, Пу И же настолько устал восхищаться попугаем, что крепко спал сейчас на Лолиной кровати и вставать не собирался.