Книга Приятных кошмаров, страница 11 – Наталья Николаевна Александрова

Леня открыл дверцу машины, и на дорожку выпрыгнул симпатичный чрезвычайно шустрый фокстерьер.

— Познакомьтесь, – сказал Леня оторопевшей Лоле, – это Рики.

— Зачем ты притащил в дом этого… эту… в то время как несчастный Пу И там томится в неволе! Ведь он еще жив! – в полном негодовании заорала Лола.

— Дорогая, – мягко сказал Леня, – несчастье с Пу И катастрофически повлияло на твои умственные способности, я понимаю, но нельзя же так распускаться! Возьми себя наконец в руки и не валяй дурака! Рики – профессиональная ищейка, причем очень хорошая, просто замечательная. Его хозяин одолжил мне его на время. Так что оставь свои замечания при себе, а то Рики может обидеться…

Они прицепили Рики на длинный поводок и пешком пошли к злополучному кафе. У входа Маркиз дал Рики понюхать зеленый ошейничек, но фокстерьер не слишком им увлекся. Он вдруг завертелся на месте, потом подпрыгнул и резво устремился в одну сторону, не отвлекаясь на посторонние запахи.

— Он идет по следу Пу И? – спрашивала Лола, едва поспевая за шустрым фокстерьером.

— Сильно подозреваю, он идет по следу той самой черной пуделихи, – на бегу отвечал Маркиз.

— А если она вообще ни при чем? – Лола даже остановилась.

— Вот и выясним, при чем ли тут пуделиха! – рассердился Леня. – Сама же недавно упрекала меня в том, что я ничего не предпринимаю!

Рики пробежал два квартала. Потом завернул во двор, пересек его, ненадолго отвлекся на детскую песочницу, мимоходом задрал лапу у фонарного столба и привел своих сопровождающих к угловой парадной большого кирпичного дома. Парадную украшала внушительная железная дверь, и кодовый замок нахально блестел своими кнопочками.

— Замок, конечно, можно открыть, – задумчиво проговорил Леня, – но что толку?

— Так и будем здесь торчать? – разозлилась Лола. – Ждать, пока пуделиха выйдет?

— Все равно до трех часов нам совершенно нечего делать, – напомнил Леня.

Но активная Лолина натура требовала немедленных действий.

Лола внимательно оглядывалась вокруг и, кажется, собиралась по примеру Рики обнюхивать асфальтовую дорожку перед подъездом.

Первое, что она заметила, – это то, что не только они с Маркизом и Рики несли караул возле запертой металлической двери. На разном расстоянии от парадной сидели, лежали и нетерпеливо прохаживались не меньше десятка разнообразных псов. Большую часть этой живописной группы составляли потрепанные жизнью, закаленные в борьбе за существование, украшенные бесчисленными шрамами бездомные собаки – не только косматые дворняги, но даже породистый дог со следами многочисленных драк и взглядом разбойника с большой дороги. Но в этом буквально разношерстном коллективе попадались и явно ухоженные, домашние экземпляры, сытые, чистые, в дорогих кожаных ошейниках – явно сбежавшие от хозяев какой-нибудь час назад. Всех этих хвостатых прохиндеев объединяла, во-первых, принадлежность к мужскому полу и, во-вторых, нетерпеливая озабоченность, с которой они посматривали на железную дверь.

Интересно, что никакой враждебности между лохматыми джентльменами не ощущалось – они переглядывались нервно, но доброжелательно, как абитуриенты перед вступительными экзаменами в престижный институт.

Рики почувствовал себя среди этой компании как дома. Он быстро обошел коллег, насколько это позволял длинный поводок, обнюхался с двумя-тремя, слегка заворчал на дога и наконец уселся прямо напротив подъезда, склонив голову набок и уставившись на запертую дверь круглыми блестящими глазами.