Онлайн книга «Приятных кошмаров»
|
Внутри лежала плоская металлическая коробка с мигающим таймером. Таймер отсчитывал последние секунды до взрыва. На какое-то бесконечно долгое мгновение Лолу охватила страшная слабость, ей все вдруг сделалось безразлично. Она представила себе, как через три… уже через две секунды замкнутся контакты детонатора, приведя взрывное устройство в действие, как вслед за ним рванет взрывчатая смесь газа и воздуха, разорвав ее тело на клочки, и ей показалось бессмысленным любое усилие… зачем что-то делать, если через две секунды… уже через секунду все кончится… Лола сбросила гибельное оцепенение, бросилась к окну. Ей казалось, что время страшно замедлилось, а воздух загустел, тормозя ее движения и сопротивляясь им, как это бывает иногда во сне. Не добежав до окна, она швырнула в него страшную коробку, и уже когда та летела в воздухе, не успев коснуться пыльного тротуара, раздался взрыв. Взрыв был совсем негромким, не громче китайской новогодней петарды, коробка полыхнула бледным огнем и упала на тротуар несколькими обгорелыми обрывками. Однако, если бы она взорвалась в помещении, наполненном смертоносной взрывчатой смесью бытового газа и воздуха, последствия были бы катастрофическими, и от старого домика на улице Сочувствующих остались бы только обгорелые руины. Лола без сил опустилась на грязный стул и заплакала, высвобождая этими слезами ужас и напряжение последних страшных минут. Внезапно к ее ноге прикоснулось что-то мягкое и пушистое. Она наклонилась, взяла на руки Пу И, который терся о ее ногу, и зарылась лицом в его шелковистую шерсть. — Пуишечка, детка, тебе тоже досталось! Но ты держался просто великолепно и дважды спас меня, мой маленький герой! Песик глубоко вздохнул и посмотрел на хозяйку живыми выразительными глазами. Однако у Лолы не было возможности долго расслабляться и предаваться эйфории, радуясь счастливому избавлению от неминуемой гибели. Кто-нибудь мог заметить взрыв на тихой улице Сочувствующих, вызвать милицию… А если милиция застанет ее в этой квартире, рядом со «свежим» трупом, у которого так художественно перерезано горло… Страшно подумать! Лолу передернуло. В довершение всех радостей она вспомнила бульварную газетенку полуторамесячной давности, из которой в свое время узнала о страшной смерти режиссера Модестова. Как всегда в таких изданиях, в той статье смаковали кровавые подробности драмы, и Лола вспомнила фразу об аккуратно, просто хирургически ровно перерезанном горле режиссера… Сегодня она своими глазами увидела точно так же перерезанное горло… Значит, не остается никаких сомнений: все три смерти – Алексея Модестова, Георгия Птичкина и безобидного психа Михаила Степановича Сыромятникова – звенья одной цепи и дело одних и тех же рук… И убийца этих троих людей только что был здесь, в этой квартире, и хотел присоединить ее, Лолу, к своему кровавому списку! Утешало ее только одно: сейчас его в квартире наверняка не было, не стал бы он дожидаться взрыва, который мог разнести на куски весь дом! Правда, никто не мешал ему караулить где-нибудь неподалеку, дожидаясь, когда сработает его взрывное устройство. Но тогда он, не услышав взрыва, вернется сюда, чтобы исправить свою ошибку! Бежать, бежать! В любом случае нужно бежать отсюда, возвращаться в город, к брошенным зверям! Она и так поступила жестоко, оставив их совершенно одних! Что, если Леня, рассерженный на нее, так и не вернулся домой? |