Онлайн книга «Король изумрудов»
|
Войдя в ярко освещенную галерею, он наткнулся на Стрелкина, который, загнав в угол популярную журналистку Елизавету Соловей, рассказывал ей одну из своих душераздирающих историй: — После этого шеф-повар вождя опустил меня в котел с кореньями, добавил по вкусу немного сельдерея, эстрагона, имбиря и базилика, посолил, поперчил… В это время Афанасий боковым зрением заметил Ангелова и, выпустив Елизавету, которая тут же спаслась бегством, мертвой хваткой вцепился в банкира: — Слава, ты правильно сделал, что пришел! Работы детей Мандаринова – это лучшее вложение средств! За ними будущее! Со временем эти картины поднимутся в цене в десятки раз! Фома – старшенький – уже несколько утрачивает детскую непосредственность восприятия и свежесть взгляда, но младший – Еремей – еще необычайно ярок и свеж! Ведь он пока не может воплотить свои переживания в слова, и живопись – единственное доступное ему средство самовыражения. Афанасий подвел Ангелова к заляпанному желтыми и зелеными пятнами куску картона, заключенному в массивную резную позолоченную раму, и, заложив правую руку за спину, прищурил левый глаз: — А каковы цвета, каковы цвета! Изволь убедиться, какая в нем ощущается экспрессия, какая первобытная неуемная энергия! Нет, такое не снилось никакому Сезанну, никакому Гогену! Бери, Слава, тебе, как другу, отдам по дешевке, всего за семьдесят тысяч! — Долларов? – удивленно уточнил Ангелов. — Конечно, – столь же удивленно подтвердил Стрелкин, недоумение которого было вызвано неуместным вопросом банкира, – не луидоров же, мон шер! Только умоляю, никому не говори, как дешево я тебе это продал, а то набегут сразу толпы, все захотят на халяву, а это цена только для близких друзей… — Я подумаю, – уклончиво ответил Ангелов, осторожно высвобождая свой рукав из железных пальцев Стрелкина. Дело в том, что в другом конце галереи он увидел удивительно красивую девушку в потрясающем ярко-алом платье для коктейля от Кензо, чье лицо показалось ему смутно знакомым. Неожиданно Ангелов испытал давно забытое пронзительное чувство свободы и раскованности. Сам себе удивляясь, он сообразил, что очень давно не появлялся в обществе без жены, а в ее присутствии ничего не могло его развеселить. «С этим надо что-то делать, – внезапно подумал он, – Лерка меня достала окончательно, с этим браком нужно кончать…» Но как это сделать, если развод чреват для него огромными неприятностями? Лерка вполне способна его разорить… Но Ангелов решил не думать в этот вечер о неприятном, в душе его крепла неосознанная уверенность, что скоро в его жизни наступят благоприятные перемены. Лавируя среди нарядной толпы и то и дело отвечая на поклоны и приветствия, Ангелов устремился к загадочной красавице, мучительно пытаясь вспомнить, где же он ее видел. Красавица отвернулась от своего собеседника, известного телевизионного ведущего, который пытался развлекать ее, громко хохоча над своими собственными шутками, и встретилась взглядом с Ангеловым. — Простите, – смущенно проговорил банкир, с трудом сглотнув неожиданно возникший в горле комок, – я понимаю, что это звучит крайне глупо, как вульгарный и надоевший повод для знакомства, но я мучительно пытаюсь вспомнить, где я мог вас видеть? Красавица улыбнулась ему загадочно и вместе с тем чуть грустно и сказала до боли знакомым голосом: |