Книга Конкурс киллеров. Красота спасет мымр, страница 154 – Елена Логунова

Вот это да! Я ахнула и почувствовала, что мне становится холодно: по спине прошел озноб. Кондукторшу замочили способом, аналогичным тому, которым переправили в мир иной несчастного Усова. Разве бывают такие случайности? Не верю! Похоже, тетку устранили, как свидетеля. Но кто?!

Мне стало страшно от одной мысли, что неизвестный мне член банды Косорылко бегает на свободе, проворно орудуя заточкой. А я-то расслабилась, успокоилась, выписала из Киева мужа и сына! А менты уверены, что они повязали всех участников криминального марлезонского балета!

— Ничего не трогай, – предупредила я Вадика, и без того явно не намеренного прикасаться к трупу.

Сама же наклонилась, внимательно осматривая тело, а потом осторожно взяла за запястье упавшую руку.

И едва не заорала, когда эта рука дернулась, вырываясь!

— Она живая! – радостно ахнул Вадик.

— Зато я чуть не умерла со страху!

— Где я? – открывая глаза, безадресно спросила тетка с «вороньим гнездом».

— Кто я? – с готовностью подсказал ей следующую реплику мигом повеселевший Вадик.

— Тьфу ты, пропасть, – с чувством произнесла тетка, распрямляясь и оглядывая пейзаж за окном движущегося вагона. – Опять проморгала свою остановку!

Она с отвращением посмотрела на зажатый в руке надкусанный хот-дог, кетчуп из которого измазал ей пальцы и платье.

— Ну что ты будешь делать? – вытаскивая из кармана необъятных размеров носовой платок, пожаловалась мне баба. – Как сяду в транспорт – напрочь забываю, что из него нужно выходить! Профессиональная болезнь кондуктора! Сижу себе, считаю, сколько пассажиров вошло, иногда даже порываюсь билеты проверять! А то, еще хуже, как сегодня, залезу после смены в вагон, отключусь – и катаюсь до посинения!

— Вот-вот, мы как раз подумали, что вы посинели! – весело хохотнул Вадик, подхватывая с пола свой операторский скарб. – Ленка, ты что, тоже уснула? Или померла? Это же Белогвардейская! Мы приехали, нам тут выходить!

— Уснешь с вами! – Я неприязненно оглянулась на сильно напугавшую меня кондукторшу и следом за оператором вышла из трамвая. – Вечным сном!

Но не прошли мы и нескольких метров, как Вадик оглянулся и с любопытством спросил:

— Слушай, а зачем ты ее разглядывала и щупала? Я имею в виду, когда думала, что она – труп?

— Сама не знаю. Наверное, у меня профессиональная болезнь искателя приключений – во все совать свой нос, – проворчала я. – Отойди и не приближайся, это страшно заразно!

— И абсолютно неизлечимо, – сочувственно посмотрев на меня, вполголоса заметил Вадик.

Он отвернулся, а я мрачно кивнула.

В чем, в чем, а уж в этом я была совершенно уверена!

Мне всегда было интересно, кто придумал назвать мужчин сильной половиной рода человеческого? Мне хотелось бы видеть этого фантазера. Я бы пристально посмотрела ему в глаза и тихо, вкрадчиво спросила:

— Скажите, насколько велик ваш личный опыт общения с мужчинами?

Думаю, под небольшим нажимом мой собеседник признался бы, что он – инопланетянин, изучивший жизнь человеческого сообщества весьма поверхностно.

Бесспорно, мужчины способны на одномоментное физическое усилие, но они очень плохо выдерживают продолжительные нагрузки и некомфортные условия существования. Обыкновенная простуда повергает их в ужас, исторгая из спешно закутанного в одеяла, грелки и компрессы организма жалобные стоны и слезливые рассуждения на тему: а не пора ли уже звать нотариуса и писать завещание?.. Восьмичасовой рабочий день в уютном офисе изматывает мужчину так, что, придя домой, он прямо из прихожей плашмя рушится в направлении дивана, уже в падении спрашивая: «Дорогая, а что у нас сегодня на ужин?» И дорогая, прибежавшая с работы получасом раньше – с сумками в зубах и ребенком в охапке, – бежит к плите, готовит ужин, накрывает на стол, кормит семейство, а потом моет посуду, полы, измазавшегося кашей ребенка, стирает, убирает, вкручивает перегоревшие лампочки и вышивает крестиком по канве. Мужчина в это время из последних сил смотрит телевизор.