Книга Конкурс киллеров. Красота спасет мымр, страница 41 – Елена Логунова

Черт, сейчас они подумают, что это я у Ирки украла «жигуль», а потом ее уже у меня угнали – как говориться, вор у вора!

Тряхнув головой, я зачастила:

— Машина Иркина, сама Ирка сейчас в Сочи, а я езжу на ее «шестерке» по доверенности…

— Стоп! Дайте, я угадаю, где эта доверенность! – почти с восторгом вдохновенно воскликнул Черный. – Не иначе, в сумке?

— Которая лежит в машине! – весело подхватил Серый.

— В доме, который построил Джек, – угрюмо буркнула я.

Парни радостно захохотали. Раздумав рыдать, я тоже ухмыльнулась, и атмосфера в кабинете неожиданно потеплела.

— А я вас вспомнил, – сказал вдруг Черный. – Вы на телевидении программу ведете, как там она называется – «СИТИчко»?

— От слова «сити», – привычно пояснила я.

— Очень веселая программа, – продолжил Черный. – Мне нравится. Только я не думал, что вы и в жизни такая смешная!

— Обхохочешься, – подтвердила я, подпирая голову кулаком.

— Не огорчайтесь, – Серый достал из сейфа монументальные чашки и пакетики с мерзопакостным растворимым кофе. – Найдем мы вашу машину.

— То есть не вашу, но все равно найдем, – подтвердил Черный. – Вам кофе со сливками или без?

— Со стрихнином, – грустно пошутила я. И тут же спохватилась: – Нет-нет, это шутка!

Кто знает, может, парковая скамейка тут не единственный вещдок с места преступления?

Не знаю, каким снадобьем накормили меня любезные сыщики, но, выйдя из здания окружного УВД, я потеряла ориентацию в пространстве. Минут пять стояла на крыльце, тупо соображая, в какую сторону мне двигаться.

— Вам чего? – не выдержав, поинтересовался усатый дядя, сидящий в будочке у входа.

— Мне трамвая, – призналась я.

— Трамвай там, – сообщил он, махнув рукой за угол.

Я спустилась с крыльца, обогнула упомянутый угол, увидела в отдалении квадратную морду трамвайного вагона и пошла прямиком на нее: просто свернула с тротуара и зашагала через улицу наискосок.

Водители встретили мой маневр с откровенным неодобрением. Им и без того туго приходилось на двухрядной улице, с одной стороны еще суженной строительными лесами. В нормальном состоянии я все же дисциплинированный пешеход, не оглуши меня менты какой-то отравой, пробиралась бы я, как миленькая, по узкому коридору между лесами и хлипким заборчиком, ограждающим от проезжей части остаток тротуара. Теперь же я полезла на дорогу, и, как выяснилось, правильно сделала: откуда-то сверху в расщелину между лесами с жутким грохотом рухнула какая-то тяжеленная орясина! Вот была бы я дисциплинированным пешеходом – и стала бы сейчас дисциплинированным покойником!

Чудесное спасение заставило меня активизироваться. В два прыжка я пересекла улицу, заскочила в трамвай и уже из вагона внимательно осмотрела здание, у стен которого могло лежать мое бездыханное тело в виде отбивной.

Из окна второго этажа на тротуар пялился какой-то мужик. Смекнув, что это он уронил то смертоносное бревно, я погрозила ему кулаком. Мужик вздрогнул и скрылся внутри.

Я нашла свободное место и чинно села, приходя в себя от всего пережитого.

До своей остановки добралась без приключений. Вышла из трамвая, прошла полквартала до дома, пересекла двор, начала подниматься по лестнице – и снова замерла на площадке.

— Свят, свят, свят! – Ошалело бормоча, я выглянула в окно и увидела под розовым кустом Иркину «шестерку», целую и невредимую! Я мигом слетела вниз.