Книга Конкурс киллеров. Красота спасет мымр, страница 75 – Елена Логунова

От испуга у меня пропал голос: мы с Иркой стремительно сближались в узком коридоре, и шансов уцелеть в лобовом столкновении с бульдозером у меня не было!

Дернувшись, я вывернулась на бок, вильнула в сторону, врубилась в нижнюю ступеньку лестницы, ведущей на второй этаж, и зажала уши. Ирка с подносом с ревом пронеслась мимо, и спустя секунду до меня донесся приглушенный моими же руками шум, знаменующий встречу Ирки с дубовой дверью.

Кое-как поднявшись на ноги, я высунулась в коридор и увидела подругу, восседающую на пороге, как свадебный пупс на капоте машины. Лица пупса я не видела, только спину, но, очевидно, столкновение с дверью не отразилось на здоровье Ирки, потому что уже через мгновение подруга занялась тушением пожара, глуша пламя просторным, как одеяло, халатом. Поодаль в окружении веселеньких огненных язычков жизнерадостно поблескивал металлический поднос, наводящий на мысль о барбекю.

— Что-то я проголодалась, – хрипло пробормотала я, по стеночке мимо масляного свинства спеша на помощь подруге.

— Еще бы! – заметила Ирка, поднимаясь на ноги, чтобы похлопать халатом по верхней части двери. – Что это ты тут устроила среди ночи?

— Я?! – От возмущения я едва не задохнулась.

— А кто же? Я себе мирно сплю, а тут крик, гам, шум! Выхожу – и что вижу? Ты катаешься по полу, вопя и размахивая руками, в каком-то белом саване, вся в огнях святого Эльма…

— Саван, чтобы ты знала, – это твой собственный халат, – язвительно заметила я, подбирая полы своего обгоревшего одеяния.

Халат волочился на редкость тяжело. Дернув его несколько раз, я обернулась и увидела свернувшегося на подоле Мурика.

— А это еще кто?! – с неподдельным возмущением возопила Ирка, увидев удавчика.

— Не видишь – питонец, – отмахнулась я, присев, чтобы получше рассмотреть пресмыкающееся.

— Он что, вспотел? – сбавив тон, спросила Ирка, с подозрением рассматривая янтарные капли на теле змея.

Я осторожно сняла одну каплю пальцем и понюхала:

— Это машинное масло!

Ирка шумно опустилась рядом.

— Ну, ты идиотка! – не разобравшись, обругала она меня. – Мало того, что спрятала в доме удава! Ты его еще смазывала машинным маслом?! Сумасшедшая, что ли? Для змеиной кожи есть специальное средство! Трудно было в тумбочке посмотреть?!

Ирка с грохотом поставила на пол рядом со мной пластмассовую коробочку с изображением улыбающейся кобры, поднялась на ноги и пошла прочь, ворча что-то об идиотках, издевающихся над людьми и животными. В полном обалдении я смотрела ей вслед, пока антикварные куранты в кухне не пробили полночь. Надо же! Я еще и виновата!

Вытащив из обувницы какую-то ветошь, я наскоро протерла удава и замасленный пол в коридоре, походя выбросила в мусорное ведро и эту тряпку, и свой изгаженный халат и побрела в спальню, обещая себе, как Скарлетт, подумать обо всем этом завтра. Разбуженный кот, сунувшийся было мне навстречу, открыл рот, но предусмотрительно промолчал и от греха подальше спрятался под кровать.

— И правильно, – сердито буркнула я, рушась в постель. – Не трогайте меня сейчас, могу и укусить!

Покусанный овчаркой неудачливый киллер Жора, тихо поскуливая, трусил через поля в сторону спящего города. На ходу он прихрамывал, потому что повредил ногу, спрыгивая на улицу с крыши недостроенной сауны.