Книга Напиток мексиканских богов. Звезда курятника, страница 133 – Елена Логунова

Надя натянула повыше верхний край своего покрывала, Саша нервно захохотал, и тут балконная дверь громко стукнула и в комнату боком протиснулся «Первый-из-ларца».

— Холодное оружие в доме есть? – деловито спросил он.

— Значит, Диму зарезали, – озвучил свои мысли сообразительный Саша. – А я-то еще надеялся, что его бегемотом зашибло!

— Послушайте, – проникновенно сказал ему Панда, ероша головную шерсть. – Давайте оставим в покое версию с перелетным бегемотом. Вас спросили, есть ли в доме холодное оружие, вот и отвечайте!

— В принципе, у нас все оружие холодное, мы обычно только еду разогреваем, – рассудительно сказал Колян. – И то не трижды в день!

Тут супруг с укором посмотрел на меня.

— Игрушечные мечи, сабли, стилеты не в счет? – уточнила я, пропустив мимо ушей намек на то, что я нерегулярно готовлю горячее. – А то у Колюшки арсенал – дай бог такой же полку спецназа!

— Кто есть Колюшка? – с трудом сдерживаясь, спросил Панда.

Я заметила, что у него начал дергаться правый глаз.

— Товарищ Топтыгин, вы не волнуйтесь! – проникновенно сказала добросердечная Надя. – Хотите, я накапаю вам валерианки? Или принесу успокоительных таблеток?

— Потапов! – взвизгнул Панда.

— Каких потапов? – не поняла Надя. – Что такое – потапы?

— Я спр-рашиваю, кто такой Колюшка? – с рычанием вопросил капитан.

— Это мальчик, – повторил Колян.

— Еще один?

— Мальчик и еще мальчик! – заржал Саша, некстати процитировав «Служебный роман».

Прорвало народ на крылатые выражения!

— Два в одном, – примирительно сказала я, тоже процитировав популярный рекламный ролик. И для лучшего понимания выдала туповатому Панде ряд синонимов. – Масяня и Колюшка – это один и тот же мальчик. Ребенок. Человеческий детеныш.

— Наш, – поторопился вставить Колян.

Товарищ Панда закрыл глаза, крепко потер переносицу и с чувством произнес:

— А идите вы все… в комнату к своим детям! Быстро!

Я открыла было рот, но Панда тут же гаркнул:

— И молча!

Гуськом мы протопали мимо каменно замершего Панды в спальню к Масяньке. По пути завернутый в тогу Саша зачем-то провозгласил, как древнеримский гладиатор:

— Аве, Цезарь! Идущие на смерть приветствуют тебя!

— Не надо про покойников, накаркаешь еще! – подтолкнула его в спину рассерженная супруга.

Последней заходя в детскую, я потихоньку стянула с книжной полки оставленный там Коляном мобильник. Почему потихоньку – сама не знаю. Мне подумалось, что рассерженный Панда будет возражать против наших контактов с внешним миром.

В детской, освещенной слабым светом ночника, все расселись на пушистом ковре в кружок, что несколько смахивало на пикник на травке. Вероятно, поэтому наше настроение несколько улучшилось. Под приглушенные смешки и перешептывание присутствующих я набрала нужный номер и позвонила нашему доброму приятелю, профессиональному сыщику и тоже капитану – Сереге Лазарчуку.

Трубку долго не снимали, и я уже почти отчаялась дозвониться, когда услышала долгожданный отзыв:

— Капитан Лазарчук…

— Я знаю, что ты капитан Лазарчук, – торопливо заговорила я, прикрывая трубку ладонью. – Это я, Лена.

— Я понял, что это ты, – хрипло произнес приятель. – Кто еще позвонил бы мне в половине пятого утра? И наверняка с какой-нибудь гадостью!

— Сереженька, нам нужна твоя помощь! – заныла я. – Срочно! Понимаешь, у нас тут труп!