Книга Напиток мексиканских богов. Звезда курятника, страница 32 – Елена Логунова

— Сеня, скорее отними у нее хлеб! – бессильно застонал прилизанный.

— Не прикидывайтесь, будто ничего не помните, Райку трудно забыть, а вы заплатили ей за любовь вчерашним караваем! – скороговоркой протарахтела я, пряча расписную буханку за спину.

— Девушка, я не знаю, какие у вас планы на сегодняшний каравай, но лично меня и вчерашние условия вполне устраивают! – встрепенулся рыжий.

— А вот это уже не просто комплимент, а самое настоящее гнусное предложение! – обрадованно запрыгала Тяпа в глубине моей души.

Я отвлеклась на ее кульбиты и прозевала тигриный прыжок рыжего-бесстыжего. Он налетел на меня, как торнадо, закрутил волчком и вырвал из рук каравай.

— Ребята, ВИП уже пошел! – крикнул кто-то.

Краем глаза, затягивающегося жгучими слезами детской обиды, я увидела, что на площадку трапа выкатился шаровидный господин в щегольском костюме из блестящей серой ткани.

— Коля, пошел! – велел рыжий, ловко перебросив фигурный хлеб прилизанному.

— Маня, пошла! – скомандовал прилизанный Коля, прицельно роняя слегка помятый каравай на расписной поднос в руках длинноволосой дылды в кокошнике.

— Банкиры пошли! – проплывая к выходу, сообщила хлебосольная Маня.

Деловые полузащитники мелко семенили ногами, аккуратно сжимая полукольцо у трапа. Маня с караваем и подталкивающий ее в худую парчовую спину Коля Бонд выдвинулись наружу. Самоходные стеклянные двери с тихим шорохом сомкнулись за ними, и в опустевшем зале сразу стало тихо.

— Да пошли вы все! – с большим чувством произнес рыжий Сеня, не затруднившись конкретизировать непечатный адрес. – И вы, девушка, тоже идите, пока я вас милиции не сдал!

— Давайте, сдавайте! – я рассердилась и пошла вразнос. – А я там расскажу, что именно с этим вашим прилизанным Колей провела ночь девушка, чье мертвое тело нынче утром нашли в бассейне! И будет тогда ваш товарищ не мне, а сердитым дядям в милиции ответы давать! Посмотрим, как ему это понравится! На нарах сидеть – это вам не с караваем бегать!

— Гм, с караваем бегать тоже кому-то нужно, – пробормотал рыжий и шумно поскреб заросший подбородок. – У нас тут все при деле, и каждый человечек на счету…

Он испытующе посмотрел на меня и неожиданно предложил:

— Как насчет чаю? С баранками. Заодно и поговорим.

Я, конечно, согласилась, но баранку получила всего одну, и ту совершенно зубодробительную. Так что гостеприимство рыжего не поразило меня широтой, хотя он и попытался набить цену своему скудному угощению – вручая мне твердокаменное колечко, проникновенно сказал на хрустальной слезе:

— Последняя! От себя отрываю.

И я так живо представила этот рывок от себя в исполнении гранатометчика, что даже не удивилась, услышав за спиной громкий хлопок. К счастью, это был никакой не взрыв – громыхнула резко захлопнутая дверь.

— Ай, нэнэ, нэнэ, нэнэ! – приплясывая и хлопая себя по коленкам, на цыганский манер запел прилизанный Коля. – От нас уехал наш любимый, Супер-Пупер дорогой! Й-эх! Сенька, когда нового барина ждать?

— Минут через пять, – ответил рыжий, сверившись с наручным хронометром. – Подойдите к нам, Николай Васильевич! Тут одна приятная девушка имеет к вам много неприятных вопросов.

— Опять она?! – узнав меня, Николай прекратил хореографические упражнения и перестал улыбаться. – Сеня, я ее боюсь! У нее ко мне какой-то нездоровый интерес.