Книга Душегуб из Нью-Йорка, страница 90 – Иван Любенко

— А другие гипотезы есть? – ёрзая в кресле, спросил гость.

— Есть. Осведомитель мафии – лейтенант Нельсон.

— Ну, знаете ли! – инспектор подскочил и нервно заходил по комнате. – Что за чушь!

— А разве не бóльшая глупость подозревать иностранца, помогающего полиции, в том, что он, нарушая законы США о владении оружием и совершая уголовное преступление, убил американского гражданина прямо средь бела дня в центре Нью-Йорка?.. Теперь мне понятно, зачем вы совали нос в шкаф с одеждой, обнюхивая моё пальто и шляпу. Вы пытались учуять запах стреляного пороха, чтобы затем обвинить меня в убийстве, не правда ли?

— Не совсем так, – робко заметил инспектор и опять опустился в кресло.

— Более того, – продолжал возмущаться Клим Пантелеевич. – С моей помощью вы раскрыли убийство Мэтью Хилла. А после сегодняшней смерти киллера на Тридцать восьмой улице вы успешно закроете это дело. Затем, предъявив мне порочное по своей сути обвинение в незаконном владении оружием и убийстве первой степени, вы закончите расследовать ещё одно громкое преступление с двумя эпизодами. Согласитесь, неплохо! Одно раскрытое преступление за другим. Звучат фанфары, и лейтенант Нельсон получает новый чин, а там глядишь, и до комиссара полиции недалеко!.. Но есть один нюанс – у меня не было браунинга и я не участвовал в перестрелке на Тридцать восьмой улице… С таким же успехом вы можете обвинить меня в краже золота Баркли из Бруклинского порта.

— Ну это вы хватили через край, – кашлянув в кулак, изрёк офицер.

— Почему же? У меня есть мотив. Я получу вознаграждение, как только груз, пришедший на «Балтиморе», под номером № 3390 окажется у мистера Баркли. В таком случае он ещё и сэкономит на таможенных расходах. А уж банкир найдёт способ, как переправить ворованное золото в Мексику и там выгодно продать. Логично?

— Хорошо, – вставая, согласился полицейский. – Я признаю свою ошибку. Простите за вторжение. Мне пора.

— А как же насчёт поимки злодея, в чьих руках находится золото? Не хотите ли поучаствовать в его задержании?

Нельсон вновь беспомощно опустился в кресло.

— У вас можно курить? – простонал он.

— Сколько угодно. Пепельница на столе.

— Насчёт задержания… вы серьёзно?

— Вполне. Завтра я вам его и представлю. Ваше дело – надеть на него наручники. Одна просьба: прошу не упоминать моё имя в многочисленных интервью, которые у вас будут брать господа репортёры. Все лавры в изобличении Морлока достанутся исключительно вам.

— Вы сказали Морлока? То есть вы считаете, что именно он убил охранника и ограбил склад в Бруклинском порту?

— Такие детали мне неведомы. Возможно, это сделал его сообщник или они вместе, но организатор разбойного нападения на восьмой склад именно он. И завтра вы в этом убедитесь.

— А сегодня нельзя?

— Можно было бы и сегодня, но завтра будет надёжнее. Подъезжайте к отелю ровно в полдень. Возьмите с собой пару-тройку человек и грузовик. Таскать одиннадцать тысяч фунтов металла не особенно приятная работёнка. – Ардашев поднялся. – Простите, я страшно проголодался.

— Хорошо-хорошо, не смею вас более задерживать.

Полицейский поковылял на ватных ногах и аккуратно притворил за собой дверь.

Клим Пантелеевич достал из бювара лист бумаги, написал несколько строк, запечатал в фирменный конверт отеля, быстро оделся и, выйдя в коридор, постучал в номер своего помощника.